Знаете, я долго думал стоит ли об этом рассказывать. Но может кому-то полезно будет на ошибках других учиться. Особенно если вы вдруг задумались купить лавочку или запустить свой стартап.

Все началось очень позитивно. Познакомились с парнем Томасом в аэропорту Гонконга — банальная история, задержка рейса, помогли с такси и деньгами. Потом он предложил нам проект: система для предсказания курсов акций на основе анализа биржевых документов. Звучит амбициозно? Да, оно и было.

Томас только что закончил престижный универ, рвался всем доказать и вообще был типичным молодым бизнесменом с деньгами папы. Папа, кстати, был известный гонконгский бизнесмен Лу Ченг. Сумма контракта — полмиллиона долларов. Казалось, джекпот.

Но вот в чём была фишка. На пилоте всё прошло гладко — работали с чистыми данными сингапурской биржи, всё было структурировано. А потом выяснилось, что нужно обработать документы с 28 бирж, где форматы разные, сканы кривые, печати поверх текста, рукописные заполнения. Это как подумать что купить лавочку легко, а потом обнаружить что нужно переделать всю электрику и сантехнику.

Мы честно сказали о проблемах. Предложили переставить этапы, сначала закрыть простые случаи, потом сложные. И вот тут начались чудеса.

Появилась Катрин — сотрудница Томаса, умная женщина, казалось нам. Она была связующим звеном между нами и заказчиком. Но потом выяснилось, что она работала не на Томаса, а на всю семью Ченгов. И у семьи были свои планы.

Начались задержки с оплатой. Потом претензии. Потом Томаса внезапно «понесло» в облако — буквально посередине проекта решили перенести всё в облачный сервис. Кто его убедил? Два британца Боб и Майк, которые представляли известного облачного провайдера. Совпадение? Вряд ли.

Мы начали платить из своего кармана. Burn rate — это когда вы смотрите как ваши деньги уходят на оплату команды, а доход не поступает. Это адский опыт.

Потом я прилетел в Гонконг на встречу. Офис был в коробках — переезд или закрытие, неясно. Томаса не было. Вместо него встреча с Катрин. Она разложила передо мной аудит от какой-то крупной IT-компании, где нас обвиняли в неправильных технологиях, неправильных методологиях, неправильном всём. Потом вытащила исковое заявление. И в конце — порвала наш контракт пополам.

«Семья Ченгов платит только за 100 процентов, не за 93 или 95», — сказала она. А распознавание текста — это всегда вероятность, никогда не 100 процентов. Это как требовать гарантии что вы купите лавочку и она сразу станет прибыльной.

Потом выяснилось что Томаса «снесло крышу» от роскошной жизни. Его отстранили и отправили на лечение. Счета заморозили. Катрин тоже досталось — понизили до охраны. Они наняли индийскую команду, те пропали. Проект перешёл новому владельцу, который просто купил платные выгрузки с бирж и похоронил всю нашу работу по распознаванию.

Потери были как стоимость пары квартир в Москве. Пришлось увольнять людей. Три года расплачивались с долгами.

А знаете что смешно? Сейчас везде говорят про ИИ и распознавание документов. Но никто так и не показал 100-процентного распознавания. Потому что его не существует. Это физически невозможно.

Вывод: если вы думаете купить лавочку или взять большой проект — проверьте кто на самом деле принимает решения. Не полагайтесь на красивые обещания молодых бизнесменов. И помните, что идеальных технических решений не бывает. Реальность всегда сложнее чем кажется в PowerPoint.