Секретная сделка оставила депортированных из США в Экваториальной Гвинее без «надежды на будущее»

ДАКАР, Сенегал (AP) — Когда иммиграционный судья США сообщил 28-летнему беженцу из Восточной Африки, что он свободен покинуть содержание в Калифорнии после 13 месяцев, он был вне себя от радости. Хотя его заявление о предоставлении убежища было отклонено, судья постановил, что его нельзя депортировать домой, потому что это поставит его под угрозу.

«Он сказал мне: ‘Добро пожаловать в США,’» — рассказал беженец агентству Associated Press, которое ознакомилось с его юридическими документами. «Теперь вы защищены законом США, поэтому можете покинуть центр, работать и оставаться в этой стране.»

Но он так и не был освобожден, а позже его заковали в наручники и отправили рейсом в Экваториальную Гвинею — авторитарное нефтяное государство в Западной Африке, подписавшее секретное соглашение с администрацией Трампа и ставшее транзитным узлом для депортированных мигрантов. Там он и другие содержатся в заключении, при этом в стране отсутствует политика предоставления убежища.

Он попросил остаться анонимным из страха перед последствиями, заявив, что сбежал из своей страны после того, как его избили, преследовали и посадили в тюрьму из-за его этнической принадлежности.

Он — один из 29 человек, депортированных в Экваториальную Гвинею, которую главный демократ в Сенатском комитете по иностранным делам Жан Шин назвала «одним из самых коррумпированных правительств в мире».

Первый американский папа, Лео XIV, который критиковал обращение администрации Трампа с мигрантами как «крайне неуважительное», посетит Экваториальную Гвинею в апреле.

После критики Верховного суда демократы требуют вернуть миллиарды долларов, полученных от тарифов Трампа

Минимум семь африканских стран подписали соглашения с США для содействия депортации граждан третьих стран, что юридические эксперты считают фактически лазейкой в законе для США. Большинство депортируемых получали юридическую защиту от американских судей, которые препятствовали их возвращению в страны происхождения, сообщили их адвокаты.

Ранее AP брало интервью у гей-беженки из Марокко, которая была депортирована в Камерун и, полагая, что у нее нет выбора, согласилась вернуться в свою страну, где гомосексуальность запрещена.

В телефонном интервью 28-летний беженец заявил, что власти Экваториальной Гвинеи оказывают на него давление, чтобы он вернулся домой, несмотря на то, что он подал там заявление о предоставлении убежища, что подтверждается документами AP.

«Они сказали нам, что в этой стране нет никакого убежища или защиты для нас», — сказал он. «Поэтому лучший вариант — как можно скорее покинуть страну.»

Но возвращение в страну, разрушенную этническими конфликтами, он считает «неприемлемым».

По словам Мередит Юн, руководителя отдела судебных разбирательств организации Asian Americans Advancing Justice, США депортируют людей в третьи страны «чтобы обойти законы, запрещающие отправлять человека в страну, где его жизнь или свобода могут быть под угрозой». Она помогала депортированным в Экваториальную Гвинею.

Она подтвердила значительную часть рассказа 28-летнего заявителя о убежище.

«После депортации эти люди сталкиваются с невозможными альтернативами: бесконечным заключением без доступа к адвокату или принудительной депортацией в страны, откуда они бежали», — сказала она.

Закован в наручники на рейсе с неизвестным направлением

29 человек, депортированных в Экваториальную Гвинею, были из Эфиопии, Эритреи, Мавритании, Анголы, Конго, Чада, Грузии, Ганы и Нигерии, сообщил их адвокат, который попросил остаться анонимным из-за ситуации с правами человека в стране. Он отметил, что власти не позволили ему увидеть большинство из них.

28-летний беженец заявил, что его депортировали в январе. Перед этим агенты Иммиграционной и таможенной службы США заставили его подписать документ о добровольном возвращении. Он удивился, что смог его прочитать, и один из сотрудников сказал: «Я никогда не думал, что черные люди умеют читать и писать.»

Когда он отказался, его перевели в Аризону, где он провел пять месяцев в комнате без окон вместе с несколькими другими. Условия гигиены были плохими, а получение медицинской помощи — «очень сложным».

«Один парень в моей комнате сошел с ума и начал кричать и бить себя, потому что хотел домой», — рассказал он.

Иммиграционный судья отклонил его заявление о предоставлении убежища, но предоставил ему защиту по закону США и Конвенции ООН против пыток, которые запрещают его возвращение домой, но позволяют его депортацию в третью страну, считающуюся безопасной.

«Все говорили мне, что мы возвращаемся в Африку», — вспоминал он. «Мне нужно было поговорить с моим адвокатом, но эти офицеры ICE начали применять силу, они начали бить меня.»

После переводов в Калифорнию, Техас и Луизиану его заковали в наручники и отвезли в аэропорт посреди ночи.

Самолет принадлежал чартерной авиакомпании Omni Air International, заполненной такими же, как он, людьми, сказал он.

Когда они приземлились, он понял, что находится в Экваториальной Гвинее.

На вопрос о его деле представитель Министерства внутренней безопасности заявил, что офицеры ICE «не избивали, не принуждали и не использовали расистские оскорбления» против него, добавив, что он «нелегальный иностранный гражданин», которого «обработали как лицо, подлежащее ускоренному удалению, и депортировали в Экваториальную Гвинею.»

«Все эти нелегальные иностранцы, депортированные в Экваториальную Гвинею, получили надлежащую процедуру и им было вынесено окончательное решение о депортации», — сказали в ведомстве.

Большинство были депортированы в свои страны

28-летний и другие депортированные содержатся в Малабо, бывшей столице.

«Это старый закрытый отель, там нет других клиентов», — сказал он. «Большинство из нас были больны из-за еды. Меня госпитализировали на два дня. Здесь есть малярия, двое госпитализированы с этим.»

Юн сообщила, что 17 задержанных были возвращены в свои страны после того, как им сказали, что другого варианта нет, при этом в Экваториальной Гвинее отсутствует политика предоставления убежища.

«Все, с кем я разговаривал после их возвращения, находятся в плохом состоянии», — сказала она. «Многие скрываются.»

Один мужчина, возвращенный в Мавританию, по словам AP, подал заявление о предоставлении убежища в офис премьер-министра, согласно документам, полученным AP. Адвокат, который его сопровождал, сообщил, что он отправил копию в Агентство ООН по делам беженцев.

Но в рождественский день власти Экваториальной Гвинеи заковали его в наручники и посадили на самолет.

«Он сообщил властям, что подал заявление о предоставлении убежища, и мы связались с посольством США в Малабо по его делу, но не получили ответа», — сказала Юн.

UHNCR заявила, что не может комментировать отдельные случаи. Ларисса Шлоттербек, руководитель внешних связей организации в регионе, сказала, что Экваториальная Гвинея работает над созданием системы убежища, и UNHCR помогает в выявлении людей, которым может понадобиться защита, до тех пор, пока система не будет налажена.

Африканские страны получают миллионы долларов в непрозрачных сделках

Администрация Трампа потратила как минимум 40 миллионов долларов на депортацию около 300 мигрантов в страны, отличные от их собственных, согласно отчету демократов из Сенатского комитета по иностранным делам за февраль. Известные подписавшие соглашения африканские страны — Южный Судан, Руанда, Уганда, Эсватини, Гана и Камерун.

Экваториальная Гвинея получила 7,5 миллиона долларов, заявил сенатор Шин.

В письме к госсекретарю США Марко Рубио, полученном AP, Шин отметила, что «чрезвычайно необычная выплата» вызывает опасения по поводу использования налоговых средств и превышает американскую помощь Экваториальной Гвинее за последние восемь лет.

В прошлом году Госдепартамент США временно отменил санкции, чтобы разрешить Теодорину Обингу, сыну президента Экваториальной Гвинеи и вице-президента страны, посетить США. Обинга встретился с заместителем госсекретаря США Кристофером Ландау.

На запросы о комментариях представители Госдепа и власти Экваториальной Гвинеи не ответили.

28-летний заявитель о убежище остается в неопределенности. Он назвал это худшей частью своего испытания.

«Раньше мы были иммигрантами с надеждой», — сказал он. «А сейчас — больше никакой надежды.»