Сумма маржинального займа действительно находится на рекордно высоком уровне — около 38 триллионов вон: впервые этот порог был преодолён 29 мая, а к концу июня показатель достиг 38,63 триллиона вон. Прирост с примерно 27,3 триллиона вон в начале года составляет около 39%; хотя утверждение о двукратном росте может быть преувеличением, темпы увеличения действительно впечатляют. Средний ежедневный остаток во втором квартале достиг 35,94 триллиона вон — это на 15,9% больше, чем средний показатель в первом квартале. KOSPI формирует около 76% этого баланса, тогда как доля KOSDAQ остаётся сравнительно небольшой. Однако зависимость маржи от KOSDAQ относительно его рыночной капитализации более чем в четыре раза выше, чем у KOSPI, и это важная деталь, объясняющая, почему KOSDAQ переживает такие резкие падения.

Остаток по маржинальным займам действительно достиг рекордного уровня — около 38 триллионов вон: впервые этот порог был преодолён 29 мая, а к концу июня показатель вырос до 38,63 триллиона вон. Прирост с примерно 27,3 триллиона вон в начале года составляет почти 39%; хотя утверждение о «удвоении» может быть преувеличением, темпы роста действительно впечатляют. Средний дневной остаток во втором квартале достиг 35,94 триллиона вон, что на 15,9% больше, чем средний показатель в первом квартале. KOSPI формирует примерно 76% этого остатка, тогда как доля KOSDAQ остаётся относительно небольшой. Однако зависимость маржинального рынка от KOSDAQ относительно его рыночной капитализации более чем в четыре раза выше, чем у KOSPI — важная деталь, объясняющая, почему KOSDAQ пережил такие резкие падения.

С точки зрения принудительных ликвидаций цифры показывают по-настоящему тревожное ускорение. В июне, в один день — 23 июня, в тот день, когда KOSPI пережил самое сильное падение в истории, принудительная ликвидация достигла 42,4 млрд вон. В июле ситуация ухудшилась: за период с 1 по 10 июля общая принудительная ликвидация составила 425,8 млрд вон, включая 142,2 млрд вон в один день — 9 июля. Эти цифры охватывают только одну категорию — незавершённые брокерские сделки; существует отдельный канал принудительной ликвидации, связанный с маржинальными кредитами. Коэффициент принудительных ликвидаций, то есть доля ликвидированных сделок к находящимся в ожидании, вырос с примерно 1% в январе до 5,1% в июне и до 10,2% 9 июля — уровень, который брокеры уже считают предупреждающим сигналом при значениях выше 5%.

Коэффициент принудительных ликвидаций, то есть доля ликвидированных сделок к находящимся в ожидании, вырос с примерно 1% в январе до 5,1% в июне и до 10,2% 9 июля. Я не смог независимо проверить цифры, которые вы упомянули, — 1,2 млн счетов, срабатывающих из-за margin call, и 320–360 тыс. счетов, подлежащих принудительной ликвидации. Поэтому эти конкретные числа следует воспринимать с осторожностью: они могут быть верными, но в источниках, к которым у меня есть доступ, я не встречал этих точных значений. Предупреждение Центрального банка однозначно: в случае существенной коррекции цен на акции из‑за роста инвестиций, обеспеченных долгом, и левериджных ETF, потери частных инвесторов могут увеличиться, а принудительные ликвидации — усиливать ценовую волатильность.

Эта ситуация напрямую связана с концентрационным риском в левериджных ETF на отдельные акции, о котором мы говорили ранее; вместе они объясняют, почему корейский рынок столкнулся с такими резкими и повторяющимися падениями. Для тех, кто следит за корейским рынком и связанными активами через Gate, ключевой момент — будет ли ставка обязательной ликвидации оставаться выше 10%, поскольку на этом уровне она уже превышает собственные пороги риск‑контроля брокеров. Это повышает вероятность того, что в ближайшие дни правила по марже будут ужесточены, что в краткосрочной перспективе может стать дополнительным источником давления продаж.

#SummerCreationCamp