Страна, которая добывала биткоины в течение 8 лет, создала собственный криптовалютный банк

Статья: Боаз Собрадо

Перевод: Люффи, Foresight News

「Не умеешь делать — просто избегай этого.」

Генеральный директор DK банка Zheng YD объясняет эту фразу корень частых отключений банковского обслуживания криптокомпаний. Этот банк расположен в новом городе Глепу Чинь в Бутане, является единственным лицензированным банком в регионе, его изначальная идея — принимать криптовалютные операции, избегаемые другими финансовыми учреждениями.

「Долгосрочно существует огромный дефицит банковских услуг для криптоиндустрии,」 говорит Zheng YD в подкасте «On The Margin», 「по сути, криптовалюты возникли из децентрализованных протоколов, обладают анонимностью, а банковский сектор в целом не имеет соответствующих инструментов риск-менеджмента, и по сей день большинство учреждений не знает, как с этим справляться.」

DK банк регулируется совместно с Бутанским управлением национальной валюты, являясь ядром уникального финансового эксперимента. Бутан — небольшая страна в Гималаях с населением менее миллиона, где показатель развития определяется не ВВП, а общим уровнем счастья граждан. Новый город Глепу Чинь (GMC) — особый административный район на юге Бутана, его операторы утверждают, что в этом регионе действует независимая система управления.

「Город полностью автономен в административных, законодательных и судебных вопросах,」 говорит директор управления Глепу Чинь, руководитель финтех-бизнеса Jigdrel Singay, он называет этот режим «одна страна, две системы».

Они нацелены на огромный рынок, который давно испытывает нехватку соответствующих финансовых услуг. 「Южная Азия насчитывает около 2 миллиардов человек, но там нет ни одного центра финансовых услуг, — это пустая зона для региональных финансовых ворот,」 говорит Singay. Он надеется, что GMC станет финансовым центром Южной Азии, подобно тому, как Гонконг для Китая или Сингапур для Юго-Восточной Азии.

Фиатные деньги и стабильные монеты — в одном аккаунте

Бизнес-стратегия DK банка очень ясна. Zheng YD отмечает, что большинство банков, заявляющих о поддержке криптовалют, готовы работать только с фиатными валютами криптокомпаний, а цифровые активы хранятся на внешних платформах.

「Эти банки говорят, что не закроют счета криптокомпаниям, — говорит Zheng YD, — но все операции с криптоактивами проходят вне их каналов.」 Он добавляет: 「Мы хотим выделиться. Мы интегрируем системы фиатных и криптоактивов, предлагаем единый мультивалютный счет и услуги криптогостиницы. Пользователи смогут управлять USDT, USDC и другими стабильными монетами так же, как долларами, фунтами или евро в одном банке.」

Согласно раскрытым материалам проекта, этот счет поддерживает 9 фиатных валют, а также предусматривает залоговые кредиты по биткоину и двунаправленный обмен между фиатом и криптоактивами, а также вход и выход средств. Внедрение сталкивается с двумя основными трудностями. Первая — инфраструктура: традиционные банки работают только в будние дни с 9 до 17, а криптовалютный рынок функционирует 24/7. Zheng YD признает, что объединение этих систем — очень сложная техническая задача.

Вторая — борьба с недобросовестными участниками. Zheng YD не избегает отраслевых проблем. 「Мы не отрицаем, что в криптоиндустрии есть преступники, — говорит он, — любой сектор порождает определенный процент нарушителей,」 он добавляет, — 「поэтому управление Глепу Чинь и DK банк совместно проводят риск-оценку уже на этапе допуска пользователей.」 Риск-менеджмент не ограничивается открытием счетов: 「Мы отслеживаем не только транзакции вне цепочки, но и полностью цепочку, сканируем адреса кошельков, проверяем каждую операцию, участников и платежи.」

Zheng YD считает, что этот сегмент стоит развивать, поскольку основное направление — глобальные финансы — постепенно переходит с цепочки на цепочку. 「Мы верим, что финансовые услуги по всему миру будут всё больше перемещаться в блокчейн, и DK банк готов к этой трансформации.」

Использование закона Сингапура для быстрого получения лицензии

Глепу Чинь не создавался с нуля как регуляторная система. 「В управлении компанией мы используем английское право, — объясняет Singay, — а правила финансового регулирования ориентированы на глобальный рынок Абу-Даби (ADGM).」 Он добавляет, что выбор этих двух систем обусловлен их высоким международным признанием и стандартами. Компании, уже получившие лицензии в Сингапуре, Абу-Даби и Гонконге, могут быстро начать работу без полного прохождения всех процедур.

Общественное мнение опасается, что упрощение процедур снизит уровень регулирования. Singay опровергает это: ускорение касается только процедур одобрения, стандарты остаются жесткими. Чтобы получить максимальные налоговые льготы в новом городе, компании должны иметь реальную операционную деятельность. 「Мы не приветствуем регистрацию фиктивных компаний или офисов без сотрудников, — говорит он, — компании должны соответствовать требованиям: нанимать местных сотрудников, иметь офис, подтверждать операционные расходы. Руководители ключевых позиций также проходят проверку компетентности регуляторами.」

Почему маленькое государство сейчас строит такую инфраструктуру?

Бутан — не единственная небольшая страна, развивающая этот сегмент. CEO компании Sign, специализирующейся на суверенной криптоинфраструктуре, Xin Yan занимается этим направлением уже два года, его клиенты — правительства разных стран, и Бутан — один из партнеров.

「Правительство — это тот, кто регулирует вход в реальный мир бизнесов, данных и активов, — говорит Xin Yan в подкасте, — решения правительств очень прагматичны: они не будут слепо следовать за биткоином или криптовалютными трендами, их главная задача — решить внутренние проблемы развития.」 Он отмечает, что большинство стран сталкиваются с рисками внешней зависимости. 「В настоящее время глобальная финансовая инфраструктура контролируется США и Китаем, и если эти страны по геополитическим причинам ограничат сотрудничество, пострадает вся финансовая система соответствующих государств.」

Neo, основатель лицензированного швейцарского онлайн-банка UR, прямо говорит, что многие Web3-проекты выглядят поверхностно. 「Сейчас Web2 и Web3 идут по пути сокращений: выпускают USDC, запускают платежные карты и называют себя цифровыми банками, — говорит он, — это выглядит привлекательно, но фундаментальные системы не меняются.」

Neo рассказывает, что швейцарская FINMA использует наглядный подход, основанный на данных цепочки. Регулятор напрямую считывает блокчейн, проверяет транзакции и баланс кошельков за квартал, чтобы определить соответствие компании требованиям и выдать разрешение на следующий этап. Zheng YD отмечает, что DK банк использует аналогичный подход, контролируя как цепочные транзакции, так и фиатные средства, обеспечивая безопасность всей новой инфраструктуры.

С 2018 года занимается майнингом и хеджированием рисков биткоина

Бутанская криптостратегия не возникла внезапно. Бутанский майнинг на гидроэнергии работает уже много лет. Singay говорит, что майнинг начался в 2018 году, а Zheng YD добавляет: 「С 2019 года в стране масштабный майнинг, еще до того, как большинство стран узнали о биткоине, — Бутан уже активно участвовал в криптоэкосистеме.」 Он считает это стратегическим долгосрочным планом страны: 「Наш опыт — лучшее доказательство, мы — одни из первых в отрасли.」

Оба руководителя не хотят делать ставку только на один криптоактив. Когда их спросили, планируют ли в Бутане запустить собственную криптовалюту, подобную токену Трампа, Singay ответил, что сосредоточены на полном цикле индустрии: майнинге, хранении, управлении активами и брокерских услугах. 「Мы не планируем запускать спекулятивные токены для розничных инвесторов, — говорит он, — как, например, Глепу Чинь.」

Если цена биткоина резко упадет и долго не восстановится, как поступить? Zheng YD отвечает, что как банковский специалист он придерживается риск-менеджмента: 「Банк должен предусматривать все риски, в том числе экстремальные ситуации. Если биткоин сильно упадет, как мы будем реагировать?」 Его решение — диверсификация: не полагаться только на биткоин. 「Блокчейн — это базовая технология, биткоин — лишь один из ее применений. Мы сосредоточены на биткоине, но также развиваем стабильные монеты и токенизацию реальных активов.」

Время реализации проекта ограничено. Международный аэропорт, который будет играть важную роль, управляется оператором Сингапурских Чанги, проектом архитектурной студии Bjarke Ingels Group (BIG), планируется завершить к декабрю 2029 года. Виртуальная виза для удаленных работников, по словам Zheng YD, находится в стадии тестирования. Этот город, ориентированный на гармонию человека и природы, освобожден от подоходного налога для иностранцев, а месячная аренда составляет всего 400–500 долларов, однако сейчас есть только полные планы и предварительные договоренности с DK банком.

Может ли этот криптобанк создать ценность? Всё зависит от общей проблемы отрасли. Основатель Mobilum, Wojciech Kaszycki, ясно заявил о необходимости суверенной криптоинфраструктуры: 「Я считаю, что каждый государство должно создать собственное учреждение для хранения цифровых активов.」

Zheng YD делится личным опытом, мягко объясняя ценность стратегий малых государств в области криптофинансов. 「Когда я впервые посетил Бутан, в столице было всего один светофор, — рассказывает он, — не потому, что машин мало, их было достаточно, но люди шли и ездили очень аккуратно, без суеты, без гудков, все терпеливо ждали. В нынешней хаотичной мировой ситуации такой сдержанный и терпеливый подход — именно то, что нужно глобальной финансовой системе.」 Пока большинство стран игнорируют блокчейн, Бутан уже запустил майнинг биткоинов, а теперь идет дальше — создает собственный легальный криптобанк.