Когда LP учит меня инвестировать с помощью Doubao: рассказ о смене профессии частного управляющего фондом

Оригинал ｜Odaily Планетарная Газета (@OdailyChina)

Автор｜Golem (@web3_golem)

Когда LP научится использовать ИИ, дни небольших частных фондов управления становятся всё тяжелее.

Дюгоу (@ryansoon777) несколько лет назад был обычным партнером оффшорного частного долларового фонда, специализирующегося на американском рынке акций, но после этого он уволился и присоединился к стартапу в области ИИ.

“Финансирование небольших частных фондов сейчас и так трудно, а с распространением ИИ многие инвесторы (LP) предпочитают позволить боту помогать в торговле, а не доверять нам сбор средств.”

Дюгоу говорит, что его решение сменить профессию во многом связано с тем, что он заметил тонкие изменения в отношениях между LP и GP под влиянием ИИ. Поскольку информация и аналитические способности кажутся равными благодаря ИИ, LP становится проще сомневаться в профессиональных суждениях GP, что может привести к росту конфликтов, а в тяжелых случаях — к отзыву инвестиций или отзыву.

Дни у уже и так сложных небольших долларовых частных фондов

Фактическое состояние работы этого долларового фонда, в котором работал Дюгоу, было неплохим: активы под управлением достигали нескольких десятков миллионов долларов, основная инвестиция — высоколиквидные акции США, также небольшое количество криптоактивов, его годовая доходность за последние три года значительно превышала индекс Nasdaq.

По логике, хорошие показатели и рост интереса инвесторов к зарубежным финансовым продуктам за последние два года должны были облегчить сбор средств, но Дюгоу сообщает, что на самом деле такие небольшие долларовые фонды практически не могут привлечь внимание институциональных LP.

В настоящее время ведущие в стране долларовые частные фонды с активами в сотни миллиардов долларов (например, Jinglin, Gaoling, Boyu и др.) используют схему “оффшор + наshore”, то есть основная структура фонда остается на Кайманах, обычно зарегистрирована как освобожденная компания или SPC, а управляющая компания — в Гонконге или Сингапуре.

Однако в последние годы, из-за изменений в регулировании и условиях привлечения капитала, все больше появляется долларовых фондов, использующих только структуру на Гонконге (LPF) или Сингапуре (VCC).

А небольшие долларовые фонды, в которые инвестирует Дюгоу, по-прежнему используют самую “примитивную” структуру — SPC на Кайманах + BVI (Британские Виргинские острова).

В индустрии фондов часто говорят: LP определяет структуру. Одной из причин, почему ведущие долларовые фонды в стране продолжают держаться за “Кайманы”, является то, что их зарубежные LP — университетские фонды пожертвований в США, суверенные фонды Ближнего Востока и крупные европейские семейные офисы — уже десятилетиями знакомы с этой структурой. Продолжая использовать ее, они снижают издержки коммуникации и укрепляют доверие.

Но внутренние небольшие долларовые фонды, структура которых также на Кайманах, не могут привлечь эти международные крупные деньги, их источники LP — в основном Азия, что ставит их в неловкое положение.

С точки зрения Азии, основные источники финансирования долларовых фондов — частные банки, крупные корпорации материкового Китая (вывод капитала за границу), местные семейные офисы Гонконга и богатые предприниматели Юго-Восточной Азии.

Даже при одинаковом масштабе такие небольшие долларовые фонды вызывают у этих кругов естественную симпатию и ощущение безопасности к структурам в Гонконге или Сингапуре, поэтому они предпочитают инвестировать в LPF или VCC, а не в SPC на Кайманах.

Помимо структурных и масштабных ограничений, различия в инвестиционных стратегиях также усложняют привлечение финансирования для Дюгоу и его коллег.

В инвестиционной стратегии частных фондов выделяют два основных подхода: субъективный и количественный. Субъективная стратегия — это когда GP принимает решения о покупке или продаже на основе своих исследований, опыта и суждений, а прибыль зависит от его понимания рынка; количественная стратегия — это когда инвестиционная логика записывается в математическую модель или программу, и автоматическая или полуавтоматическая торговля осуществляется с высокой частотой, а прибыль — это статистические закономерности, заложенные в модели.

“На рынке сейчас легче привлекать средства в фонды, использующие количественные стратегии, особенно после того, как ИИ получил развитие. Тогда LP больше доверяют именно количественным подходам”, — говорит Дюгоу, особенно после того, как в прошлом году популярность достигла DeepSeek (Odaily: создана командой квантовых фондов HuanFang Quant), что повысило интерес к количественным стратегиям.

Кроме того, отличие между фондами с количественной стратегией и с субъективной в том, что первые могут показывать LP данные и алгоритмы, вызывая доверие: их прибыль или просадки находятся в контролируемых пределах, а лучшие количественные фонды даже могут выступать как продукты с фиксированным доходом; субъективные стратегии более абстрактны, и для полного доверия LP требуется больше коммуникаций, особенно при значительных просадках, когда LP легко начинают сомневаться в инвестиционных способностях GP.

Итак, в целом, положение дел для таких небольших долларовых фондов, в которых работал Дюгоу, ухудшается из-за общего экономического окружения, и привлечение капитала становится все сложнее. А некоторые крупные LP внутри фондов всё чаще задаются вопросом: а действительно ли ИИ превосходит GP в инвестиционных способностях?

“Сложные” LP

“Раньше LP доверяли нам, потому что мы профессионалы, — рассказывает Дюгоу, — сейчас они просто дают наши отчеты ИИ, чтобы он их перевел на понятный язык, а потом начинают ‘учить’ нас, как действовать”. После внедрения ИИ, LP, которые раньше интересовались только итогами, стали гораздо внимательнее относиться к нашим операциям.

Дюгоу даже однажды отчислил одного LP. Это был бизнесмен за 50, который, по его словам, был очень “ярким” и вложил около миллиона долларов в фонд, в котором работал Дюгоу. Но он не оставался равнодушным и часто спорил с Дюгоу по поводу разрозненной информации, полученной из рынка или через AI, — он вел себя очень плохо и считал, что я, молодой, ничего не понимаю, и не способен установить доверие. В итоге, после согласования, мы его отчислили.

“Честно говоря, наши LP — очень талантливые люди в своих областях, они авторитеты, — говорит Дюгоу, — но теперь, с ИИ, они считают себя тоже экспертами в инвестициях”.

Маленькие долларовые фонды, из-за узких каналов привлечения, в основном получают деньги от знакомых и друзей руководителей, поэтому их состав — “сложный”. По словам Дюгоу, среди LP этого фонда есть богатые люди из Шаньси, бизнесмены, попавшие в список Forbes, а также некоторые LP — это даже наследники, с которыми они хорошо общаются, и которых привели родители.

Отношения с LP тоже довольно деликатные: некоторые LP вообще не платят 2% управленческого сбора, а получают только 20% от прибыли. Такой подход характерен для тех, кто активно участвует в финансовых рынках и “выводит капитал за границу”, но у них нет времени или желания быстро изучать рыночные тренды.

В определенном смысле, основная ценность GP — это сбор информации, исследование рынка, отбор возможностей и принятие инвестиционных решений, чтобы компенсировать недостаток времени, ресурсов и знаний LP, и превращать информацию в решения.

Но с распространением ИИ, эта зависимость от профессиональных аналитиков и исследовательских способностей быстро снижается. За исключением финальных этапов распределения капитала и исполнения сделок, многие функции GP начинают заменяться ИИ, который работает дешевле и эффективнее.

“Чтобы открыть счет в брокере IBKR, нашим LP не нужно много — с помощью ИИ они могут сами выбрать отрасль и активы, и купить их”, — считает Дюгоу. Особенно это касается фондов с субъективной стратегией, потому что инвестиции всегда ориентированы на результат: если LP угадает тренд и получит большую доходность, чем фонд, он начнет сомневаться в его силе.

В то же время, влияние “выравнивания информации” благодаря ИИ на количественные фонды гораздо меньше, и оно даже может усиливать разрыв между фондами.

Параметры и алгоритмы в количественных стратегиях постоянно улучшаются, а внедрение ИИ ускоряет их развитие — это соревнование эффективности и интеллекта. Без специальных знаний в математике или финансах обычный человек, создавая стратегии с помощью ИИ, не сможет конкурировать с крупными количественными фондами.

“По сути, количественные стратегии должны постоянно опережать рынок, чтобы получать сверхприбыль. Если вы думаете, что ваш обычный ИИ создал хорошую стратегию, скорее всего, ее уже нашли и улучшили другие умные люди”, — говорит Дюгоу, что и есть преимущество топовых количественных фондов.

Будет ли ИИ заменять GP?

Но Дюгоу не тревожится, что ИИ полностью заменит GP или аналитиков: ИИ — это инструмент, доступный всем и нейтральный, он помогает GP совершенствовать свои знания и стратегии, создавая больше прибыли для LP. Что действительно его раздражает — это рост конфликтов между GP и LP из-за ИИ.

“Некоторые LP даже спрашивают, почему мы не вложились в популярные активы и почему наши анализы такие точные, — рассказывает Дюгоу, — они не понимают, что GP не просто так инвестирует в трендовые активы”. Особенно в этом году, когда в США популярность набрали AI и полупроводники, и инвесторы-розничные трейдеры, ставшие “гуру” в отдельных сегментах, могут получать сверхдоходы.

В бычьем рынке розничные инвесторы действительно могут превосходить фонды: у них больше гибкости, меньше ошибок, и деньги сосредоточены в выбранных направлениях. А благодаря ИИ их исследования становятся быстрее и точнее, словно у них есть универсальный эксперт, готовый помочь 24 часа в сутки.

Особенно в этом году, если розничные трейдеры угадают с акциями типа Sandisk, Micron, SK Hynix, их доходность может превзойти большинство фондов. Тогда LP могут подумать: “А стоит ли держать больше денег в фонде или лучше вложить их в свой счет”, — говорит Дюгоу. В бычьем рынке многие считают себя “богами рынка”.

Но всё это — при условии, что розничные инвесторы умеют правильно пользоваться ИИ. Если же используют плохой ИИ, результат будет в разы хуже. Это одна из причин конфликтов с LP, отмечает Дюгоу. “Внутри страны богатые люди в основном используют такие чат-боты, как Doubao, а более продвинутые ИИ вроде ChatGPT или Claude пока не получили широкого распространения. Эти “компаньонские” ИИ, чтобы поддерживать эмоциональный настрой, могут вводить в заблуждение в профессиональной сфере”.

По сути, проблема не в возможностях ИИ, а в том, что большинство людей не умеют им пользоваться. ИИ может за секунды обработать огромный объем информации и построить логическую модель, но эта модель — не всегда соответствует реальности. Для LP без профессиональной подготовки трудно понять, какие выводы основаны на реальных данных, а какие — вероятностные предположения.

Поэтому большинство инвесторов скорее ищут подтверждение своим мнениям у ИИ, чем действительно полагаются на его анализ. Конечная цель ИИ — не помочь инвестору “отделить зерна от плевел”, а вести диалог.

Значит ли это, что ИИ заменит GP? ИИ может за небольшие деньги подготовить тысячи логичных аналитических отчетов, но управление активами — это всё же “старая” сфера, основанная на доверии и ментальной передаче. Взаимный выбор GP и LP — это часть этого процесса.

Но в будущем, когда все “операции” будут поручены ИИ для максимизации “итогов”, “частные фонды” тоже должны учиться у ИИ, чтобы улучшать эмоциональную составляющую и взаимодействие.