Всемирные восемь крупнейших центральных банков вступают в игру, чтобы разделить пирог стабильных монет?

Написано: Thejaswini M A

Перевод: Chopper, Foresight News

Тысячи лет назад, древнегреческая Агора была общественным рынком в Афинах, куда мог прийти любой, свободно торговать, без входных барьеров, без ограничений по территории, «без разрешения» — именно этим словом и заложено его исходное значение.

Международный валютный фонд (BIS) назвал проект Agorá, что вызывает интерес и размышления. Однако проект Agorá, реализуемый под руководством BIS совместно с семью центральными банками и более чем сорока частными организациями, по сути, противоположен понятию «свободный рынок».

В этой системе, перед переводом средств, они маркируются по стране-участнику; смарт-контракты на уровне токенов автоматически выполняют проверки по борьбе с отмыванием денег и санкционные списки; центральные банки каждой страны полностью сохраняют контроль над своими резервами, а трансграничные потоки средств проходят через встроенный в токен слой проверки соответствия.

Короче говоря, это система программируемых фиатных валют, которая требует предварительного одобрения для всего.

Участниками проекта Agorá являются семь центральных банков: Федеральный резерв Нью-Йорка, Банк Англии, Банк Японии, Банк Кореи, Банк Мексики, Банк Швейцарии и Французский банк, представляющий еврозону; канадский банк присоединился всего четыре дня назад. В разработке также участвуют такие финансовые гиганты, как JPMorgan, HSBC, Deutsche Bank, UBS, Mastercard, Visa, SWIFT и более сорока других организаций.

Такое объединение столь масштабных институтов побудило меня провести глубокий разбор этой системы.

Архитектура проекта использует двухуровневый разделённый дизайн: первый уровень полностью контролируется центральными банками, отвечая за базовые валютные резервы; второй уровень управляется коммерческими банками, обрабатывающими повседневные транзакции конечных пользователей. Токенизированные депозиты коммерческих банков объединяются на общем платформе для многовалютной расчетной обработки, а резервы центральных банков хранятся отдельно в их национальных реестрах, полностью под контролем суверенных органов.

BIS пытается объединить банковские реестры, закреплённые за национальными резервами, чтобы создать замкнутую платежную систему под государственным контролем. Организация ускоряет внедрение нормативных рамок, чтобы опередить появление децентрализованных стабильных монет вроде Tether, которые могут разорвать связь между глобальной торговлей и традиционной банковской системой.

Текущие трансграничные платежи напоминают эстафету: передача сообщений, ручная проверка соответствия, расчетные реестры — всё это осуществляется разными системами и занимает порой несколько дней. Проект Agorá сокращает эти длинные многоэтапные процессы до одного мгновенного ончейн-операции. Этот прототип был реализован 27 мая 2026 года, после чего канадский банк объявил о присоединении.

Организаторы подчёркивают, что на данном этапе это всё ещё тестовая инфраструктура, без конкретных сроков коммерческого внедрения, однако в следующем этапе планируется запуск в реальных сценариях использования.

В отличие от предыдущих публикаций центральных банков, которые ограничивались аналитическими отчетами, семь ведущих валютных регуляторов за два года разработали и протестировали эту систему мгновенной трансграничной расчетной обработки, и её базовый код уже работает. Основные сложности сейчас связаны не с технологией, а с вопросами регулирования и распределения ответственности в рамках международного сетевого взаимодействия, что вызывает значительное административное сопротивление.

Древний гигант межбанковских сообщений SWIFT также работает над модернизацией своей инфраструктуры, расположенной на уровне коммерческих банков. 30 марта 2026 года SWIFT утвердил дизайн системы на базе блокчейна и приступил к разработке минимально жизнеспособного продукта (MVP), планируя запустить реальную обработку транзакций уже в этом году. Реестр построен на Hyperledger Besu, совместимом с виртуальной машиной Ethereum (EVM), однако окончательная расчетная обработка по-прежнему осуществляется вне цепочки с помощью традиционной системы мгновенных платежей.

Однако SWIFT и Agorá не конкурируют друг с другом: реестр SWIFT ориентирован на учет токенизированных депозитов между коммерческими банками, а Agorá — на окончательную крупномасштабную расчетную обработку резервов центральных банков. В самом начале BIS обеспечил стандартную совместимость двух систем, и традиционная система трансграничных расчетов постепенно преобразуется в программируемую цифровую сеть поэтапно.

При внимательном рассмотрении списка участников легко заметить значительное пересечение: Deutsche Bank — ключевой участник Agorá, а также входит в альянс с Goldman Sachs, Bank of America, Barclays, Santander и еще девятью банками, исследующими выпуск резервных токенов на публичных блокчейнах в соотношении 1:1; UBS и Citibank участвуют в обеих системах; JPMorgan участвует в Agorá и управляет собственным JPM Coin, а недавно запустил пилот по трансграничным расчетам на базе Ripple.

Такое двойное участие в проектах кажется необычным для финансовых институтов: обычно крупные организации сосредотачиваются на одной технологической платформе. Руководство банков одновременно разрабатывает две противоположные стратегии, что отражает внутренние разногласия. Обладая огромными данными и капиталом, они не могут предсказать, какая из систем в итоге станет доминирующей. Технологический путь ясен, но политические решения остаются непредсказуемыми.

Ripple, работая уже более десяти лет, постоянно утверждает, что «атомарное расчетное урегулирование» — лучший способ трансграничных платежей (когда транзакция либо полностью завершается, либо полностью отменяется). Проект Agorá реализовал эту концепцию, заменив XRP на резервные токены центральных банков для расчетов, что фактически уменьшает необходимость в XRP как мостовом активе.

Тем не менее, Ripple продолжает проникать в традиционные финансы. 6 мая JPMorgan, Kinexys, Mastercard, Ripple и Ondo Finance завершили первую трансграничную продажу американских облигаций с помощью токенизации на Ripple, расчет занял менее 5 секунд. Рыночная капитализация стабильной монеты RLUSD на базе Ripple превысила 1,4 миллиарда долларов; в январе 2026 года общий объем токенизированных активов Ripple превысил 2 миллиарда долларов; в феврале Societe Generale выпустила евро-стейблкоин на Ripple; в декабре 2025 года Ripple получил лицензию ограниченного трастового банка от Управления по контролю за валютой США (OCC).

Архитектура Ripple подтверждена, однако утверждение «XRP незаменим» так и не реализовалось. Тем не менее, Ripple продолжает интеграцию в системы расчетов, и это имеет гораздо большее значение для долгосрочной ценности, чем споры о преимуществах или недостатках XRP и резервных токенов.

Без лишней рекламы, транзакционные сборы в Ripple очень низки и постоянно освобождены, не идут на оплату узлов-операторов. Объем институциональных транзакций не приносит дохода за счет комиссий, как в Ethereum Gas, а лишь немного сжигает XRP. Когда крупные организации, такие как JPMorgan, переводят токенизированные активы, они используют собственные фонды, не полагаясь на ликвидность в циркулирующих XRP, а сеть обеспечивает только быстрые переводы и криптографическую безопасность.

Ключевая ценность этой модели — в экосистемной привязке. Как только финансовые институты начнут доверять этой сети для хранения фиатных и стабильных активов, технология будет встроена в глобальную финансовую инфраструктуру, что подтолкнет к внедрению банковских узлов и сделает реестр неотъемлемой частью мировой финансовой системы. В долгосрочной перспективе, глубокая интеграция с банковским сектором важнее колебаний стоимости токенов.

Все эти переменные в конечном итоге сводятся к стабильным монетам. Ежедневный объем торгов Tether стабилен в диапазоне 40–50 миллиардов долларов, а общий объем стабильных монет на рынке достигает 320 миллиардов долларов. Проект Agorá всё ещё находится на стадии пилотирования, его внедрение откладывается, однако SpaceX уже использует стабильные монеты для управления трансграничными корпоративными финансами, а Western Union запустила платежи на базе Solana, что показывает, что рынок уже опережает.

Agorá ориентирована на крупные институциональные оптовые трансграничные расчеты. Если проект успешно реализуется, он сможет снизить спрос на корпоративные трансграничные переводы, ранее осуществляемые через стабильные монеты. Но это лишь часть применения стабильных монет: Бразильский центральный банк принял закон №561, запрещающий местным финансовым учреждениям использовать стабильные монеты для трансграничных платежей, однако это не мешает гражданам Бразилии держать долларовые стабильные монеты для сохранения стоимости; в Турции частные инвесторы покупают USDT, чтобы избежать инфляции лиры. Эти мелкие сценарии не входят в сферу услуг Agorá.

Краткосрочно, стабильные монеты и Agorá дополняют друг друга больше, чем конкурируют: Agorá — закрытая сеть для крупных организаций, допускается только центральными банками или лицензированными банками по их разрешению; обычные граждане, хранящие доллары для защиты от рисков, и малые платежные компании, использующие публичные блокчейны для трансграничных переводов, не смогут подключиться к этой системе. Официальная закрытая система не обеспечивает быстрого и массового доступа через публичные цепочки, а стабильные монеты на блокчейне не соответствуют требованиям центральных банков по окончательному расчету.

Среднесрочная картина более сложна. В настоящее время компании используют USDC и USDT для трансграничных расчетов из-за долгих сроков и высоких комиссий традиционных посредников. Если Agorá успешно внедрится и обеспечит достаточную ликвидность, часть корпоративных средств может перейти в новую систему. При равной эффективности расчетов, финансовые директора предпочтут официальные каналы, контролируемые государством, без третьих сторон и кредитных рисков.

Однако единые правила управления семью центральными банками — это сложнейшая задача, и многие международные проекты терпели неудачу именно из-за этого. В то же время крупные корпорации уже интегрировали USDC и создали надежные системы риск-менеджмента, и не собираются полностью менять бизнес ради новой системы, даже если она кажется более технологичной.

В итоге, рынок, скорее всего, разделится: Agorá монополизирует крупные межбанковские трансграничные каналы, а стабильные монеты сохранятся для розничных и мелких операций. На первый взгляд, рынок кажется разделенным, но на самом деле суверенные системы закрепляют границы публичных цепочек, ограничивая децентрализованные сети сферой, где они не могут разрушить традиционные посреднические структуры — переводы, сбережения граждан, платежи в развивающихся странах. Эти сегменты значительны, но не являются ядром глобальной финансовой системы.

Эта теория разделения рынка скоро будет проверена на практике: рамочная программа Европейского союза Pontes планирует в сентябре 2026 года интегрировать различные распределённые реестры с ключевыми системами TARGET для завершения интеграции. Если всё пройдет успешно, европейские институциональные платежи смогут напрямую подключиться к центральным банкам, и начнется открытая борьба между официальной системой и публичными цепочками.

Древний рынок Агоры в Афинах исчез, потому что люди перестали приходить на рынок. Именно это — главный критерий оценки любой финансовой сети в конечном итоге.