Основатель Primitive Ventures: ИИ порождает 4 вида возможностей. Чем могут заниматься молодые предприниматели?

Автор: Dovey Wan, основатель Primitive Ventures; перевод: @金色财经xz

Основатели сегодня переживают настоящой кризис идентичности в области ИИ. Мы видели один и тот же сценарий в Сан-Франциско и Шэньчжэне: основатели возвращают средства, пытаясь попасть в ведущие лаборатории больших моделей (LLM Labs) или в китайских гигантов робототехники, пока их окна не закрылись. Не один основатель сказал мне, что по сравнению с корпоративной ценностью (EV), которую приносит продолжение работы над своим стартапом, сейчас упущенная возможность кажется гораздо более высокой.

Проведя глубокие беседы с теми, кто вышел из бизнеса, складывается приблизительное общее понимание: за последние двадцать лет «технологии» почти полностью ассоциировались с интернетом. Теперь же маятник окончательно качнулся назад, к атомам (Atoms) — к сверхиндустриальной работе, а не к битам (Bits). Следующее поколение возможностей для стартапов — то, что действительно ускоряет производство в аэрокосмической, энергетической, биотехнологической, материаловедческой, робототехнической сферах — уже не для тех, кто бросил учебу или не имеет глубоких отраслевых знаний. ИИ делает построение проще, но и победить становится сложнее.

Для определенного типа молодых основателей это психологически очень жестко. Когда все обладают примерно одинаковой скоростью итерации продукта и аналитическими способностями, что остается у молодых основателей в качестве конкурентного преимущества?

Если давать искренний совет молодым основателям, то он таков: не путайте «игру с наибольшей видимостью» и «игру с наибольшей вероятностью победы».

Я все больше убеждаюсь, что ИИ одновременно порождает несколько совершенно разных наборов возможностей:

Первый очевидный: сверхиндустриальный ИИ в биотехнологиях, робототехнике, аэрокосмической отрасли, обороне, энергетике и смежных сферах. Наибольшая отдача ожидается именно здесь. Но это уже не легкий софтверный сценарий. Это капиталоемкие, операционно сложные, высокорегулируемые направления, зачастую создаваемые людьми с глубокими техническими знаниями или с использованием институциональных рычагов. Кроме того, учитывая их стратегическую важность для национальных государств, эти области будут находиться под сильной государственной защитой.

Второй — это отклик на финтех 2010-х годов: самые большие возможности роста зачастую не связаны с продажей инструментов крупным традиционным игрокам, а с тем, чтобы стать сервисом сам по себе (например, SoFi, Oscar Health, LendingHome и др). ИИ толкает многие отрасли в одном направлении: поглощение традиционного бизнеса, сохранение денежных потоков и перестройка операций и данных с помощью ИИ. Недавние сделки, такие как Long Lake и Amex GBT, — отличные примеры. Эта возможность реальна, но это другой тип игры. Она по сути предназначена для тех, кто разбирается в финансах, слияниях и поглощениях, реорганизации рабочих процессов и реальных сервисных сетях, а не для типичных молодых технологических основателей.

Третий тип возможностей менее гламурен, но для тех, кто сейчас страдает от «постоянного страха низкого уровня», он более доступен: это крупные предприятия с годовым доходом от 5 до 50 миллионов долларов, управляемые одним основателем или небольшой командой из трех человек. Они не обязательно предназначены для венчурных инвестиций, это просто очень стабильный и прибыльный бизнес. Когда все становится максимально персонализированным, достаточно обслуживать узкий сегмент с реальной покупательной способностью. В сфере D2C (прямой продажи потребителю), в сочетании с растущими возможностями 3D-печати, нужны основатели, которые умеют одновременно управлять гибкими цепочками поставок и точно понимать потребности сообщества.

В области контента у меня есть друг, который тихо создает платформу для женских фанфиков, и доходы у нее очень впечатляющие. Причина — его девушка использует генеративный ИИ для создания эротических рассказов и аниме. Пока все гонятся за бесконечной дефляцией, вкус, неудовлетворенные желания и близость сообщества создают эффект сложного процента.

Если третья возможность связана с монетизацией желаний через вкус и близость сообщества, то молодые основатели в четвертом типе возможностей, возможно, имеют больше преимуществ — или, по крайней мере, меньшие недостатки — это создание новых рыночных структур, превращающих информационную асимметрию в поток доходов.

При построении новых рыночных структур победителями могут стать не те, у кого лучшие модели, а те, кто создаст новые торговые активы/платежные системы или новые пути сделок. Они могут организовать новые площадки для капитала и ликвидности до того, как крупные игроки войдут на рынок, упаковать риски в более удобные для торговли формы и незаметно встроить сборы в инфраструктуру. Hyperliquid не выиграл сразу благодаря поддержке институтов, а создал более быстрый и чистый рынок для оффшорных кредитных сделок, позволяя ликвидности агрегироваться до реакции конкурентов. Polymarket делал нечто подобное в сфере информационных рынков, запустив элегантные стандартизированные «да/нет» токены. Многие успешные финтех-компании идут по тому же пути.

Деньги — как вода, они течут по пути наименьшего сопротивления. Поэтому, если отслеживать глобальные потоки капитала, можно увидеть большие болевые точки — возможности, которые не захвачены существующими гигантами, и решить эти проблемы только с помощью ИИ невозможно. Команды с сильным бэкграундом зачастую не знают, как проводить локальные исследования. Еще в 2023 году я писал о крайне низком перекрытии между USDT и USDC, и большинство американских создателей стабильных монет даже не осознавали этот разрыв. Поэтому я по-прежнему считаю, что в структуре я вижу долгосрочный потенциал в криптовалютах, финтехе и открытой финансовой инфраструктуре — именно в этих сферах у молодых основателей есть уникальные преимущества. Они — лучшие каналы для высокой финансовой и глобальной интеграции, и именно здесь молодые основатели смогут проявить себя наиболее ярко. Долларовое будущее за пределами США.

История обычно измеряется циклами по 20–30 лет — социальные движения, циклы активов. Каждое поколение имеет свою уникальную логику роста. За примерно 40 лет вершины карьеры (от 20 до 60 лет) у человека бывает 2–3 шанса поймать волну времени: системные и производственные революции. Если повезет, удастся встретить их по разу. Наши родители пережили холодную войну (в Китае — реформы и открытость) и первую волну интернета; а мы сталкиваемся с криптовалютами и ИИ.

Многие страдают, потому что судят о путях победы по успехам в лабораториях ИИ и в глубинных технологиях, тогда как эти пути изначально не предназначены для победы по старым правилам.

Да, некоторые направления действительно стали менее доступными. Да, некоторые пути стали более закрытыми, чем раньше. Но передовая граница по определению принадлежит аутсайдерам, и настоящая передовая не так важна, кого ты знает или прошел ли ты предварительный отбор по старым правилам. Главный вызов — достаточно ли честен молодой основатель, сможет ли он выбрать свою передовую и понять свою битву.

В каждом поколении выбор важнее усилий. Сейчас выбор игры — важнее, чем когда-либо. Если вы строите что-то, что уменьшает трение при движении капитала, делает доходы глобальных пользователей более доступными, создает новые торговые активы или новые способы сделок — мы всегда рады видеть основателей, которые создают следующую финансовую инфраструктуру для более открытой, программируемой и глобально доступной экономики.