Контролируемое vs неконтролируемое: формирование "двойной шифровальной архитектуры" на Уолл-стрит

Источник: Шанака Анслем Перера, независимый аналитик; перевод: 金色财经Claw

6 мая четыре организации за менее чем пять секунд на публичном блокчейне завершили межнациональное, межбанковское, межчасовое токенизированное расчетное погашение американских государственных облигаций.

Никто не связывал это событие с действиями Morgan Stanley в тот же день.

Если рассматривать оба события вместе, «двухуровневая архитектура» перестает быть теорией, а становится реализуемой инфраструктурой.

6 мая Mastercard, Ondo Finance, JPMorgan Chase (через их платформу Kinexys) и Ripple совместно завершили первый в истории почти в реальном времени межграничный токенизированный расчет погашения американских государственных облигаций, выполненный на публичной блокчейн-камере, интегрированной с межбанковским расчетным треком.

Фонд Ondo OUSG (держит краткосрочные американские облигации, активы примерно на 610 миллионов долларов) обработал погашение на XRP Ledger, весь процесс занял менее пяти секунд. Мульти-токеновая сеть Mastercard (Multi-Token Network) маршрутизировала инструкции к Kinexys, который списал средства с блокчейн-счета Ondo, а агентский банк JPMorgan Chase перевел доллары на банковский счет Ripple в Сингапуре.

Весь процесс завершился вне рабочего времени традиционных банков. Президент Ondo Finance Иан Де Боде заявил, что это первый случай в истории, когда токенизированные государственные облигации были погашены в межнациональном, межбанковском режиме в реальном времени.

Причина выбора XRP Ledger важнее скорости. XRPL реализует токенизацию активов через нативные Issued Currencies (выпущенные валюты) и Trust Lines (линии доверия), что позволяет эмитентам прямо на протоколе блокировать, разрешать или ограничивать переводы без использования смарт-контрактов. Ondo может контролировать, кто держит OUSG, Mastercard — маршрутизацию, JPMorgan Chase — фиатную сторону.

Каждый узел расчетной цепи имеет функцию соответствия требованиям. Блокчейн — это публичная система, но активы на нем должны подчиняться правилам.

В тот же день Morgan Stanley начал на своей платформе ETrade активно тестировать прямую торговлю криптовалютами для 8,6 миллиона собственных клиентов* с комиссией 0,50% за сделку. Этот банк 8 апреля запустил самый дешевый спот-биткоин ETF (MSBT, ставка 0,14%) и рекомендовал клиентам держать 2-4% своих активов в биткоинах, а также планирует запустить собственный цифровой кошелек во второй половине 2026 года. Morgan Stanley строит все входы для биткоина, который является единственной публичной блокчейн-системой, в которой отсутствуют Trust Lines, заморозка эмитента, соответствующие функции или управляющие ключи.

Две публичные блокчейн-системы, две архитектуры. Одна — с функцией заморозки на каждом узле, другая — полностью без нее.

В тот же день крупнейшие финансовые институты мира одновременно подключают обе системы к системе Уолл-стрит.

Закон GENIUS требует, чтобы стабильные монеты обладали возможностью заморозки, а закон CLARITY классифицирует биткоин как цифровой товар, именно потому, что у него нет таких функций.

Mastercard, приобретая BVNK (за 1,8 миллиарда долларов) и более 100 партнеров в рамках программы Crypto Partner Program, строит контролируемую инфраструктуру расчетов (controllable tier); Morgan Stanley создает неконтролируемую инфраструктуру распространения (uncontrollable tier) через ETF, спот-рынки, консультации и кошельки.

24 апреля министр финансов США Бессент заморозила 344 миллиона долларов USDT по инициативе «Действий по экономическому гневу», но никто не смог заморозить ни одного сатоши, потому что это невозможно.

Различие уже не в «публичных vs приватных блокчейнах», и не в «криптовалютах vs банки», а в контролируемых и неконтролируемых системах.

Ранее организации, отказывавшиеся от обеих систем, теперь одновременно строят инфраструктуру для обеих.

Mastercard и JPMorgan Chase создают дорожные карты для «подчиненной валюты»; Morgan Stanley создает входы для «только вычисляемой валюты».

Архитектуры уже запущены. Обе системы одновременно строятся одними и теми же организациями, с разными целями, на разных блокчейнах.

Одна завершает токенизацию государственных облигаций за пять секунд с функциями заморозки на каждом уровне; другая — за десять минут с полной безфункциональной расчетной ценностью.