a16z：Искусственный интеллект — не конец рабочих мест, а начало эпохи всеобщего интеллектуального процветания

Автор: Дэвид Джордж, партнер a16z; источник: a16z; перевод: Shaw, Golden Finance

Те страхи о «вечном низовом слое безработных», которые пропагандируют паникеры искусственного интеллекта (ИИ), полностью необоснованны, да и давно являются банальной темой. Это всего лишь новая упаковка ошибочного представления о общем объеме труда, которая вновь появляется.

Суть ошибки общего объема труда заключается в том, что: общий объем работы в обществе фиксирован и не меняется. Она предполагает, что существующие работники, а также другие профессионалы, машины и даже ныне ИИ — это нулевой суммовой конфликт. Согласно этой логике: раз общий объем полезной работы постоянен, то чем больше делает ИИ, тем меньше остается для человека.

Но это предположение полностью противоречит нашим знаниям о человеческой природе, рынке и экономике. Желания и потребности человека никогда не бывают фиксированными. Еще сто лет назад Кейнс предсказал, что автоматизация приведет к тому, что человек будет работать всего 15 часов в неделю. Очевидно, он ошибся. Он правильно предсказал, что автоматизация вызовет избыток рабочей силы, но люди не легли на диван и не стали отдыхать, а постоянно искали новые производительные сферы, чтобы наполнить свое время.

Конечно, ИИ обязательно заменит часть задач и сократит некоторые профессии (уже есть признаки этого процесса). Каждый раз, когда появляется революционная технология, структура рынка труда меняется — это неизбежно. Но утверждение, что ИИ приведет к постоянной масштабной безработице во всем обществе, — это лишь маркетинговая уловка, ошибочная экономическая логика и игнорирование исторических закономерностей. Напротив, повышение производительности труда будет стимулировать спрос на рабочую силу, потому что сама работа станет более ценной.

Ниже — наше полное логическое обоснование.

Человек обречен? Слишком преувеличено

Мы и апокалиптические пророки согласны — любой здравомыслящий человек ясно видит: стоимость интеллектуального труда стремительно падает. Недавно считавшийся прерогативой человеческого мозга, когнитивные задачи, — сегодня ИИ делает все лучше и лучше.

Месседж апокалиптиков: «Если ИИ сможет думать за нас, то защитный вал человека исчезнет мгновенно, и его ценность станет нулевой». Людей полностью заменят. По их мнению, все необходимые, желаемые и мыслящие работы уже выполнены; теперь ИИ берет на себя все больше умственных задач, и люди постепенно станут излишними, их вытеснит эпоха.

Но на самом деле все наоборот: исторические примеры и здравый смысл показывают, что когда стоимость мощного производственного ресурса резко падает, экономика не останавливается. Снижение затрат, повышение качества, ускорение эффективности — новые продукты начинают реализовываться, а спрос расширяется. Парадокс Джевонса полностью применим.

Когда ископаемое топливо сделало энергию дешевле и доступнее, люди не только избавились от традиционных профессий, таких как китобои и лесорубы; мы также изобрели новые вещи, например, пластмассу.

Вопреки мнению апокалиптиков, мы полностью уверены, что ИИ вызовет подобные эффекты. Когда ИИ возьмет на себя все больше умственных задач, человек получит свободу для освоения новых, более масштабных и амбициозных фронтов.

Если обратиться к истории, можно предсказать: технологические революции в конечном итоге расширяют экономический пирог.

Каждая доминирующая отрасль в конечном итоге уступает место более крупной и мощной новой индустрии… и этот процесс только увеличивает общий масштаб экономики.

Сегодня технологический сектор уже превзошел по размеру финансы, железные дороги и промышленность; однако по доле в общем ВВП и рынке еще есть простор для роста. Повышение производительности — это не нулевая сумма, а мощный движитель положительного суммирования. Передача большого объема работы машинам в конечном итоге приводит к тому, что экономика и рынок труда становятся больше, разнообразнее и сложнее.

Апокалиптики игнорируют историю инноваций и сосредотачиваются только на текущем падении стоимости когнитивных ресурсов, принимая этот момент за финал. Они видят только замену ИИ отдельных задач и останавливаются, не анализируя дальше.

«Производительность мозга человека возрастет в десять раз, но мы не будем больше думать и творить, а просто будем лениво отдыхать и спать, и все так поступят». — Эта идея не только лишена воображения, но и игнорирует очевидные факты. Апокалиптики называют это «реализмом», но в истории никогда не было такого.

Провал луддитизма

Давайте вспомним историю и посмотрим, что происходило, когда революционные повышения производительности потрясали экономику.

Сельское хозяйство

В начале XX века, когда механизация сельского хозяйства еще не была широко распространена, около трети рабочей силы США работало в сельском хозяйстве. К 2017 году доля занятых в сельском хозяйстве снизилась примерно до 2%.

Если бы автоматизация действительно приводила к постоянной безработице, тракторы должны были полностью уничтожить рынок труда. Но реальность оказалась противоположной: сельскохозяйственная продуктивность выросла почти в три раза, что поддержало значительный рост населения. Люди, покинувшие фермы, не остались без работы навсегда, а перешли в новые отрасли: фабрики, торговые центры, офисы, больницы, лаборатории, а позже — сферы услуг и IT.

Несомненно, технологии изменили карьерные пути простых фермеров; но одновременно они высвободили огромные ресурсы и рабочую силу, породив целую новую экономическую систему.

Электрификация

История электрификации развивается по схожему сценарию.

Электрификация — это не просто замена одного источника энергии другим. Она привела к замене традиционных приводных валов и ремней электродвигателями, что вынудило переработать организацию производства, а также породила новые категории потребительских и промышленных товаров.

Это типичная черта технологических революций, как резюмирует Карлотта Перес в книге «Технологическая революция и финансовый капитал»: на начальных этапах требуются крупные инвестиции и финансовое внимание, стоимость потребительских товаров резко падает, и затем производители этих товаров переживают долгий период процветания.

Электричество тоже потребовало долгого времени для раскрытия своего потенциала. В начале XX века лишь 5% американских фабрик использовали электричество, а уровень электрификации домашних хозяйств был менее 10%.

К 1930 году электричество обеспечивало почти 80% энергии в производстве, и в последующие десятилетия производительность труда удвоилась.

Повышение производительности не уменьшило спрос на рабочую силу, а, наоборот, стимулировало рост производства, увеличение числа продавцов, расширение кредитных услуг и оживление коммерческой деятельности. Не говоря уже о таких устройствах, как стиральные машины и автомобили, которые экономили труд человека и позволяли заниматься более ценными задачами.

Когда цены на автомобили снизились, их производство и занятость выросли взрывными темпами.

Это и есть истинное действие универсальных технологий: перестройка структуры экономики и расширение границ полезной работы.

Такие исторические сценарии повторяются. Работают ли электронные таблицы VisiCalc и Excel на уничтожение бухгалтеров? Нет, наоборот: повышение эффективности привело к росту числа бухгалтеров и появлению новой профессии — финансового планирования и анализа (FP&A).

Мы сократили примерно миллион «бухгалтеров», но одновременно создали около 1,5 миллиона новых рабочих мест — финансовых аналитиков.

Новые рабочие места в сфере услуг

Конечно, замена задач технологиями не всегда ведет к росту занятости в смежных отраслях. Иногда избыточная производительность создает новые рабочие места в совершенно других сферах.

Но возникает вопрос: если ИИ сделает богатым лишь небольшую часть людей, а остальных оставит позади, что тогда?

По крайней мере, можно быть уверенным, что эти сверхбогатые будут тратить свои богатства, что породит целую новую сферу услуг — так было всегда:

Резкое повышение производительности и связанное с этим создание богатства породили множество новых профессий. Даже если эти профессии были возможны еще в 90-х годах, без роста доходов населения и достаточной рабочей силы они так и не появились.

Как бы ни относились к обслуживанию богатых, итог очевиден: все люди станут жить лучше. Рост спроса поднимает среднюю зарплату, что способствует появлению все большего числа людей, входящих в богатую прослойку.

Экономист Эри Тедески из Stripe привел яркий пример: как одна профессия была трансформирована технологией — «работники туристических агентств».

Технологии снизили спрос на туристические агентства? Безусловно:

Сегодня зарплаты в туристическом бизнесе примерно вдвое ниже, чем в начале века, и это почти полностью связано с развитием технологий.

Значит ли это, что технологии уничтожили рабочие места? Нет, вовсе нет. Работники туристического бизнеса не остались без работы навсегда. Они нашли новые места в других сферах экономики; исключая старение населения, уровень занятости сейчас примерно такой же, как в 2000 году.

Кроме того, те, кто остался в туристическом секторе, благодаря повышению эффективности за счет технологий, зарабатывают сейчас больше, чем раньше.

«В 2000 году, когда индустрия достигла пика, средняя недельная зарплата сотрудников туристических агентств составляла лишь 87% от средней по обществу. К 2025 году этот показатель вырос до 99%, что означает, что за это время зарплаты в туристическом бизнесе опередили другие сферы частного сектора.»

Таким образом, несмотря на то, что технологии действительно сократили число рабочих мест в туристическом бизнесе, в целом уровень занятости и доходов остался на прежнем уровне, а оставшиеся работники зарабатывают рекордно много.

Обеспечение возможностей важнее замещения (и новых профессий, еще не появившихся)

Это последний и очень важный момент, который еще раз подтверждает: апокалиптики ИИ видят лишь вершину айсберга.

Для некоторых профессий ИИ — разрушительная угроза, но для большинства — это усилитель возможностей, который значительно повышает ценность этих профессий. За каждой профессией, подверженной риску замещения ИИ, стоит другая, которая от этого выигрывает.

Оценки Goldman Sachs показывают, что эффект замещения ИИ уже полностью компенсирован и даже превышен эффектом повышения эффективности за счет ИИ.

Важно отметить, что руководители компаний сейчас явно больше ценят возможности ИИ, чем его угрозу замещения.

На сегодняшний день в отчетах компаний о финансовых результатах упоминание «повышение эффективности за счет ИИ» встречается примерно в 8 раз чаще, чем упоминание о «замещении рабочих мест ИИ».

Хотя Goldman Sachs и не включил инженеров-программистов в список «профессий, повышенных за счет ИИ», они, вероятно, являются ярким примером профессий, где ИИ значительно повышает производительность.

ИИ — это усилитель программирования. Объем кода, который сдается на проверку, растет (новые приложения, стартапы — тоже), а спрос на инженеров-программистов возвращается к росту, и отрасль снова набирает обороты.

Позиции, связанные с разработкой программного обеспечения, как по абсолютному количеству, так и по доле в общем рынке труда, с 2025 года продолжают расти.

Это результат ИИ? Пока рано делать окончательные выводы, но несомненно, что ИИ значительно усилил работу программистов. Более того, сейчас все руководители компаний ставят ИИ в число приоритетных тем.

Все отрасли ищут способы интегрировать ИИ в свои бизнес-процессы, что неизбежно ведет к масштабному найму и трансформации. Это только повышает ценность профессиональных кадров.

Профессии, связанные с ИИ, демонстрируют более быстрый рост зарплат, особенно в области системного проектирования.

Пока что эти бонусы в оплате труда охватывают относительно небольшую часть рынка, но это ранняя стадия. По мере увеличения числа специалистов, возможности для трудоустройства расширятся. И все же, эти данные не соответствуют картине апокалиптики.

В то же время, основатель новостного ресурса «Lenny’s Newsletter» Ленно Рашицки отметил, что количество вакансий для менеджеров по продуктам (PM), после снижения из-за падения отраслевых ставок, снова растет и достигло нового максимума с 2022 года.

Рост найма программистов и менеджеров по продукту — отличное подтверждение того, что ошибка общего объема труда не имеет под собой оснований. Если бы ИИ полностью заменял умственную работу человека, логично было бы ожидать: «Больше не нужно так много инженеров», или «Больше не нужно так много менеджеров по продукту». Но этого не происходит: спрос на обе профессии продолжает расти, потому что с помощью ИИ люди могут выполнять больше и масштабнее работы.

Это и есть корень заблуждения апокалиптиков: недостаток воображения. Они сосредоточены только на отдельных задачах автоматизации, игнорируя новые потребности и возможности, которые рождаются и приведут к появлению профессий, о которых мы сейчас даже не можем представить.

Большинство новых рабочих мест, появившихся с 1940 года, в то время еще не существовали. В 2000 году было очевидно, что многие работники туристического сектора потеряют работу; но трудно было предсказать, что в будущем появится целая индустрия облачных технологий для среднего бизнеса — ведь эпоха облаков еще не наступила, и только через десятилетия она стала реальностью.

Что же показывает текущая ситуация?

До сих пор мы анализировали с точки зрения теории и исторических примеров, и и те, и другие свидетельствуют в пользу оптимистов.

Это действительно так. Каждый раз, когда новые достижения в производительности раскрывают потенциал, это ведет к росту спроса или перераспределению ресурсов внутри экономики. Это означает, что рабочие места будут расти: увеличится ценность существующих позиций и появятся новые, о которых мы сейчас даже не догадываемся.

Если же эта разовая ситуация — исключение из правил истории, апокалиптики должны представить убедительные и строгие аргументы, а не только панические настроения и пустые слова.

Замещение рабочих мест не уничтожит человеческую цивилизацию, напротив — это логика, которая выдержит проверку. Человеческая природа никогда не будет довольна текущим состоянием, мы всегда стремимся к новому. Мы завершаем одно дело — начинаем другое.

Если оставить теорию и историю в стороне, то что показывают реальные данные о связи ИИ и занятости? Следует отметить, что сейчас ситуация еще в зачаточном состоянии, и плюсы и минусы не полностью проявились; но существующие данные не подтверждают апокалиптические сценарии. Даже при консервативной оценке, данные показывают, что рынок труда не испытывает существенных потрясений; а новые данные все больше свидетельствуют о том, что ИИ создает больше рабочих мест, чем уничтожает.

Рассмотрим некоторые исследования — не все, а лишь наиболее репрезентативные за последние годы:

• «Искусственный интеллект, производительность и рабочая сила: доказательства от руководителей предприятий» (Рабочий документ Национального бюро экономических исследований США 34984): анализ показывает, что, несмотря на распространение ИИ, общий масштаб занятости пока не изменился существенно, но задачи внутри компаний начинают перераспределяться и формировать новые профессиональные структуры. В частности, рутинные офисные и административные работы легче автоматизировать; аналитические, технические и управленческие — скорее дополняют ИИ.

• Данные по корпоративному использованию ИИ (Рабочий документ Федерального резервного банка Атланты № 2026-3): по четырем опросам более 90% компаний считают, что за последние три года ИИ не оказал заметного влияния на их занятость.

• 

• Микроскопическая структура распространения ИИ: доказательства из данных предприятий, функций и задач сотрудников (Центр экономических исследований Бюро переписи США, CES 26-25): исследования показывают, что случаи изменения занятости из-за ИИ в целом умеренны, около 5% компаний, применяющих ИИ, сообщили о влиянии на численность сотрудников; при этом доля компаний с ростом числа работников (2,3% по весу предприятий, 3,7% по численности) и с сокращением (2,0% и 2,4%) примерно равна.

• 

• Мониторинг влияния ИИ на рынок труда (Лаборатория бюджета Йельского университета, 16 апреля 2026): «Несмотря на широко распространенные опасения, что ИИ может потрясти рынок труда, наши данные показывают, что эти опасения во многом субъективны. На макроуровне влияние ИИ на рынок труда остается стабильным и не вызывает революционных потрясений.»

Логика ясна. Последние исследования повторяют один и тот же вывод: в целом занятость не меняется, но структура рабочих мест и задач перераспределяется. Некоторые исследования показывают, что применение ИИ в найме дает положительный эффект.

Кроме того, есть исключение: исследования Стэнфордского университета, Федерального резервного банка Далласа и Бюро переписи показывают (в разной степени), что начальные позиции с высоким уровнем входа, где уровень проникновения ИИ высок, становятся все труднее найти.

Но прежде чем делать вывод о «ИИ уничтожает начальные рабочие места», стоит отметить: эти же исследования показывают, что количество новых начальных позиций, где ИИ усиливает работу, растет, а полностью не затронутых — тоже.

Даже если предположить, что часть начальных позиций действительно заменяется ИИ — и это не связано с колебаниями в макроэкономике или старением населения — данные уже достаточно ясно показывают, что в целом эффект ИИ на занятость близок к нулю.

Это, пожалуй, самое лаконичное резюме текущего влияния ИИ на рынок труда.

«На сегодняшний день не обнаружено статистически значимой связи между развитием ИИ и уровнем безработицы или ростом занятости.»

На рынке могут наблюдаться два тренда: с одной стороны, приток талантов в сферы, связанные с ИИ, с другой — вытеснение работников в сферах, где ИИ заменяет человека.

Отрасли, где внедрение ИИ способствует росту найма, показывают более низкий уровень безработицы, а там, где риск замещения высок, — наоборот.

Иными словами, общий уровень занятости остается примерно стабильным, но внутри происходят изменения: одни профессии исчезают, другие появляются; одни теряют ценность, другие — приобретают и ценятся выше. По текущим темпам, спрос на программистов достигнет докризисных уровней менее чем за два года. ИИ даже стабилизировал рынок офисных помещений в Сан-Франциско.

Это возвращает нас к первоначальной мысли: ИИ обязательно вытеснит и сократит некоторые профессии и бизнес-модели, но считать, что это всё — ошибка. Вызов — это не массовая безработица, а переосмысление и перестройка рынка труда, которая в итоге приведет к росту. История уже это подтверждала, и, скорее всего, повторится вновь — тренд уже запущен.

Знаниевая работа только начинается

Это давно известная истина, но она не лишена смысла: это не конец знания, а его начало.

Автоматизация устраняет повторяющиеся базовые задачи, переводя человеческий труд на более высокие уровни ценности. Логика проста: человек по природе своей стремится к расширению. Когда какая-то редкость исчезает, появляется новая потребность. Когда снижаются затраты на еду, люди тратят больше на жилье, медицину, образование, путешествия, развлечения, комфорт, безопасность, косметику, антивозрастные средства и так далее.

И на рынке труда — тоже. Появляются новые профессии, потому что амбиции человека безграничны; освоение старых областей порождает новые границы для исследования.

Сейчас количество новых компаний растет взрывными темпами, и это тесно связано с внедрением ИИ.

Количество новых приложений в магазинах растет на 60% в год.

Нет никаких оснований считать, что современная экономика — это музей, где хранятся только старые профессии. — Напротив, это машина креативного перераспределения ресурсов, которая постоянно создает новые рабочие места, новые профессии, новые цели и инновации.

Долгое время робототехника воспринималась как фантастика, потому что в динамичной среде требовались очень сложные вычислительные ресурсы. Но сейчас ИИ делает возможным создание совершенно новой робототехники, которая переходит из концепции в реальность.

Объем данных для роботов растет взрывными темпами: за два года их доля в отрасли поднялась с десятого места до первого.

Массовое появление рабочих мест в области робототехники было невозможно без появления ИИ, который раскрыл скрытый спрос.

Еще раз подчеркнем: все вышесказанное не означает, что все существующие профессии сохранятся без изменений. Бюро статистики труда США прогнозирует сокращение таких профессий, как операторы колл-центров и медицинские транскрипционисты, и этот тренд, возможно, уже начался.

Некоторые профессии исчезнут, другие — сократятся. Структура отраслей изменится, и этот процесс будет сопровождаться болью и переходным периодом; повышение производительности постепенно проникает во все сферы экономики, и это требует времени. Мы должны сочувствовать и помогать этим переменам, активно участвовать в переобучении — a16z очень поддерживает такие инициативы.

Главная цель повышения производительности — освободить человека от монотонной и тяжелой работы, и этот ИИ-революционный процесс не исключение.

Но идея о «конце работы» из-за ИИ — это лишь гипотеза, основанная на абсурдных предположениях: что желания и креативность человека вдруг остановятся, как только технологии станут дешевыми и доступными. Это явно неправильно. Лично я не разделяю сценарий «роботов-роботов» из мультфильма «ВАЛЛ-И», и уверен, что таких мнений — немало.

На макроуровне будущее — это не массовая безработица и беззаботное лежание на диване, а снижение стоимости интеллекта, расширение рынка, появление новых компаний и отраслей, а также занятие человека более высокими и креативными задачами. Объем работы никогда не был фиксированным, и умственный труд — тоже. В прошлом так было, и в будущем тоже не будет. ИИ — это не финал труда, а начало эпохи всеобщего интеллектуального процветания.