Стейблкоины и латинская Америка: неправильно понятый рынок на 174 миллиарда долларов

Автор: Клаудия

Перевод: Цзяжуань, ChainCatcher

В последнее время каждая бизнес-презентация финтех-компаний содержит одну и ту же страницу: “Латинская Америка — следующий большой тренд. Стейблкоины — убийца для трансграничных платежей.”

Но если спросить их, насколько масштабны их реальные каналы переводов; сколько процентов пользователей хотят доллары, а не свою национальную валюту; почему уровень цифровизации в Мексике составляет 25%, а в Колумбии уже превышает 50%. — чаще всего последует молчание.

Я потратил 6 месяцев на полевые исследования с нашими командами в Бразилии, Мексике, Аргентине, Колумбии и Перу. Общался с пользователями, строил карты конкурентов, анализировал внутренние данные о P2P, банковских картах и платежах, а также подвергал стресс-тестам каждое предположение из открытых отчетов.

Вот наши реальные открытия. Как первопроходцы, я потратил 6 месяцев, чтобы написать эту статью, и надеюсь, она поможет вам всесторонне понять происходящее. Вы обнаружите, что большинство финтех-компаний неправильно интерпретируют этот рынок. В конце статьи я также перечислю потенциал этого рынка, надеюсь, это будет вам полезно.

Мексика достигла пика, в Центральной Америке — бум

К 2025 году общий объем переводов в Латинскую Америку достигнет рекордных примерно 174 миллиарда долларов, превысив 161 миллиард долларов в 2024 году. Это около 2,5% ВВП региона.

За 11 лет впервые в Мексике наблюдается снижение — на 4,5%, до 618 миллиардов долларов. В то же время в Центральной Америке наступил бум: Гватемала: +15% Гондурас: +19% Сальвадор: +18% Колумбия: +13% Доминиканская Республика: +10%

Это не случайные колебания. Это структурное изменение, вызванное миграционной политикой США. Мигранты из Центральной Америки отправляют домой всё больше денег, делая это быстрее и на большие суммы, чтобы избежать депортации.

Мексика обладает более зрелой и документированной миграционной группой и не проявляет такой паники в переводах. Сейчас кажется, что “горячие” каналы переводов — не те, на которые большинство финтех-компаний ориентируются.

Полное деталирование данных выглядит так: Мексика: около 618 миллиардов долларов (снижение на 4,5%) Центральная Америка: около 550 миллиардов долларов (рост более 20%) Южная Америка: около 360 миллиардов долларов (рост 11%) Карибский регион: около 210 миллиардов долларов (рост 9%)

Кстати, интересный факт: к 2027 году объем трансграничных платежей (торговля + B2C + переводы) превысит 300 миллиардов долларов.

Мало кто говорит о структурных фактах: в Латинской Америке соотношение входящих и исходящих потоков достигает 16:1. Входящие — 1740 миллиардов долларов, исходящие — около 100 миллиардов. Все ведущие каналы — из США:

США → Мексика

США → Гватемала

США → Доминиканская Республика

США → Сальвадор

США → Гондурас

Все борются за эти рынки. А неохваченные области — это нерегулируемые каналы переводов, не связанные с США:

Венесуэла → Колумбия → Испания → Эквадор / Колумбия / Доминиканская Республика → Аргентина → Боливия / Испания → Коста-Рика → Никарагуа

Эти каналы относительно малы по масштабу, но почти никто из операторов переводов с лицензией в США (MTO) не предоставляет услуги, и их практически не трогают криптоплатежные сети.

Если хотите найти защитный канал к 2026 году — это место, за которым стоит следить. Особенно с учетом введения налога на переводы в 1% в США (принят летом 2025 года, затронет примерно половину переводчиков), который начнет стимулировать перевод объемов в цифровые и нерегулируемые каналы.

Целевая аудитория — не крипто-трейдеры

Большинство финтех-компаний ориентируются на 25-летних крипто-трейдеров. Это неправильная целевая аудитория.

По нашим полевым исследованиям, реальный портрет латинских пользователей переводов таков:

Возраст: 40–60 лет. Регулярно отправляют деньги домой.

Сумма: от 131 до 648 долларов в месяц, что составляет 6–23% их дохода.

Получатель: более половины — матери. Треть — отцы.

Цель средств: 80% — на повседневные расходы: еда, жилье, транспорт. Далее — медицина. Потом — образование и сбережения.

Это — “спасательные деньги” для семей. Что это значит для продукта?

Риск-аппетит почти нулевой. Доверие важнее функций. Простая схема — только “внести → подтвердить → отправить” — достаточно.

Испанский и португальский — обязательные требования, а не “приманка”. WhatsApp и мобильный приоритет всегда важнее веб-версии.

Если ваш продукт заставит 50-летнего работника в Нью-Джерси задуматься более 30 секунд перед переводом 300 долларов маме в Гондурас, — вы уже проиграли.

Криптоиндустрия пять лет оптимизировала под неправильную аудиторию. Клиенты в Латинской Америке не хотят “самостоятельно хранить” — они просто хотят, чтобы деньги дошли безопасно.

В Латинской Америке стейблкоин — это уже продукт

Эти данные должны изменить стратегию каждого финтеха. Пока не указано иное, все данные взяты из отчета Bitso 2025 о крипто-ландшафте (более 10 миллионов розничных пользователей) и Chainalysis 2025 о географии криптовалют:

Аргентина: USDC и USDT — более 70% всех покупок криптовалют. Полностью цифровая долларизация. Влияние биткоина — минимальное, около 8%. (Bitso 2025)

Колумбия: стаблкоины — около 52% покупок криптовалют, рост на 2 пункта по сравнению с прошлым годом. В условиях девальвации песо и минимального депозита в долларовых счетах в банках — стаблкоины стали единственным доступным долларом. (Bitso 2025)

Мексика: стаблкоины — около 40% покупок, рост по сравнению с прошлым годом. В основном USDT, движимый потоками переводов из США. (Bitso 2025)

Бразилия: две разные истории. Стейблкоины — около 34% покупок (биткоин — около 22%), это самый сбалансированный розничный рынок в Латинской Америке.

Но на системном уровне, по данным центральных банков, около 90% объема криптовалютных сделок связаны со стаблкоинами. Активы, которые покупают пользователи, — смешанные, но денежные потоки — в долларах. (Bitso 2025; Chainalysis 2025, цитируя ЦБ)

В целом по Латинской Америке: к 2025 году доля стаблкоинов в общем объеме покупок криптовалют достигнет 40%, впервые превысив биткоин (18%). За три года (июль 2022 — июнь 2025) суммарный объем криптовалютных транзакций — около 1,5 триллиона долларов. (Bitso, Chainalysis)

На уровне институтов: исследование Fireblocks по латам показало, что 71% организаций используют стаблкоины для трансграничных платежей — самый высокий показатель в мире, в то время как глобальный средний — 49%. (Fireblocks 2025: состояние стаблкоинов)

Эти данные можно интерпретировать двумя способами, оба — правдивы и важны для понимания:

В Аргентине более 70% активов, покупаемых на биржах, — стаблкоины. Это сигнал полного розничного долларования. Люди используют USDC и USDT как сберегательные счета.

В Бразилии стаблкоины — около 90% транзакций. Это сигнал потоков капитала: большая часть денег, проходящих через криптоплатежные сети страны, — в долларах, даже если фронт-энд показывает биткоин или местные токены.

Эти истории — разные. Аргентина показывает, что пользователи хотят доллары. Бразилия — что система работает на долларах. Оба вывода верны, но влияние на продукт — разное.

Почему так происходит? Не потому, что латинские пользователи любят крипту. Они решают три боли, которые банки не могут устранить:

• Хеджирование инфляции (Аргентина, Венесуэла)
• Контроль капитала (Аргентина, Бразилия)
• Дешевые и быстрые трансграничные переводы активов

Это — то, что большинство западных финтехов игнорируют: в Латинской Америке баланс стаблкоинов — это уже убийственный сценарий. Пользователи не хотят “самостоятельно держать” стаблкоины — они просто хотят, чтобы деньги безопасно дошли.

Они хотят держать доллары. А торговля — лишь побочный эффект.

Это принципиально отличается от продуктов, которые строит Wise или Remitly. И именно поэтому следующий этап латинского финтеха выиграет тот, кто овладеет ежедневным балансом, а не тем, кто управляет переводами.

Кто выиграет в ближайшие 10 лет?

Рынок переводов в Латинской Америке пока не имеет абсолютного лидера. Эти 161 миллиард долларов делят шесть типов игроков:

Банки (Citibank, Bancolombia, BAC): есть доверие и инфраструктура, но медленно, дорого, зависят от агентской сети.

Традиционные операторы переводов (Western Union, MoneyGram, Ria): есть бренд и сеть агентов, но дорого, страдают от физических точек.

Телеком и ритейл (M-Pesa, Tigo, Walmart, 7-11): есть каналы распространения, но не нативные цифровые платформы.

Цифровые операторы (Wise, Remitly, Xoom): хорошее UX, низкая стоимость, но слабое доверие и бренд.

Криптоигроки (Bitso, Strike, Felix Pago): быстрые, почти без стоимости, но — отсутствие доверия и регуляторные риски.

Инфраструктурные провайдеры (TerraPay, Thunes, Loop, dLocal): есть B2B покрытие, но нет бренда для розницы.

Может быть, неясно, кто сейчас лидирует — посмотрим на изменения долей рынка. В США — Латинская Америка и Карибы (2020–2024):

Western Union: 29% → 16,8% (идет спад)

Remitly: 14% → 22,7% (чисто цифровые платформы захватывают рынок)

MoneyGram: 7% → 9,9% (стабильно)

Тренд очевиден: такие традиционные операторы, как Western Union, проигрывают, а цифровые платформы быстро захватывают долю.

Только Bitso уже использует сеть стаблкоинов для обработки около 10% переводов США — Мексика. Felix Pago через WhatsApp уже обработал более 1 миллиарда долларов USDC в SPEI.

В будущем победителями станут комбинации: цифровой UX, низкая стоимость, доверие и стабилькоин-сеть.

Банки — 5%, криптосети — всего 2%

Средняя стоимость перевода в Латинской Америке — около 6,0%. Самые дорогие — Парагвай, до 11,9%. Самые дешевые — Сальвадор, 3,9%. Наличные — около 6,21%, цифровые — около 5,11%.

Рассмотрим реальную картину из США в Мексику (300 долларов, декабрь 2025):

Из данных легко понять: банки за счет спреда на курсе зарабатывают около 3–5%. Даже если комиссия — “0 долларов”, банк все равно берет прибыль на курсе.

Криптоплатежные сети снижают общие издержки до 1–2%. Для мигранта, отправляющего 300 долларов в месяц, это — экономия 5–8% на каждой транзакции, которые можно отправить семье. За год — это примерно один месяц питания.

Это — точка входа. И в нерегулируемых каналах эта выгода особенно заметна.

Самый популярный канал — Венесуэла → Колумбия, объем около 2,35 миллиарда долларов в 2021 году. До учета серьезных завышений курса в традиционных банках, комиссии там достигали 1–3%.

Самая тяжелая структура затрат — именно там, где стаблкоины впервые начали разрушать традиционные модели. Именно поэтому еще за несколько лет до появления новых регуляций Венесуэла перешла к P2P-обменам стаблкоинов.

На одной территории — пять разных правил регулирования

Большинство бизнес-планов по расширению в Латинской Америке рассматривают регион как один рынок. Но это не так. Регуляторная карта — одна из главных причин неудач финтехов в этом регионе. И к 2025 году появляется новый фактор, который большинство еще не учло.

Самое крупное изменение — не в Латинской Америке, а в США.

В июле 2025 года был принят федеральный налог 1% на наличные переводы как часть закона “Big Beautiful Bill”, что затронул примерно половину переводчиков. В то же время цифровые и криптоплатежи — освобождены от этого налога.

Это — крупнейшее за последние 10 лет регуляторное преимущество для индустрии стаблкоинов в США. Вводятся инициативы штатов по увеличению налогов и сборов. Процесс перехода с наличных на цифровые платежи получил мощный ускоритель.

Когда вы увидите эту карту, станет очевидна стратегия постепенного расширения в регионе:

• сначала — Колумбия и Аргентина: более быстрый путь, меньшие регуляторные препятствия;

• параллельно — Бразилия и Мексика: через лицензированных партнеров, медленнее, но с защитой;

• через P2P стаблкоин-сеть — Венесуэла: спрос там уже есть, и его нужно просто поймать.

Многие ошибаются, начиная с Бразилии, потому что “это самый большой рынок”. Но Бразилия — самый сложный. Лучше сначала закрепиться на более легких рынках, развить локальную платежную сеть, а потом — с лицензией — заходить в Бразилию.

Не стоит недооценивать влияние США. Этот 1% налог — тихий, но очень важный фактор, который может кардинально изменить карту.

Через 12 месяцев доля переводов через наличные резко снизится. А те, кто овладеет цифровыми и крипто-платежами, — откроют для себя совершенно новый рынок, который сегодня кажется недосягаемым.

Какая технологическая база способна выиграть?

После 6 месяцев наблюдений выделяю ключевые компоненты победной архитектуры:

2. Интеграция локальных платежных сетей: Pix (Бразилия), SPEI (Мексика), PSE (Колумбия), CVU/CBU (Аргентина).

3. Масштабируемая ликвидность стаблкоинов: USDT и USDC, глубокие ордербуки, минимальные спреды, быстрая конвертация в местные валюты (реал, песо, аргентинский песо, колумбийский песо). Это — базовый уровень, а не конкурентное преимущество.

4. Карточный слой: потому что получатели обычно хотят потратить доллары, а не просто их получить. Надстройка карты на стаблкоинах превращает перевод в ежедневный финансовый продукт.
   Это — стратегия Visa и Bridge по стаблкоин-картам, интеграция USDC в Nubank, а также волна региональных банковских и финтех-партнерств.

5. Добавленная ценность / доходность: для получателей, которые держат деньги, а не тратят. Предложение 4–6% доходности по USDC, превосходя все местные сберегательные счета. Это — часть, которую почти никто не умеет хорошо интегрировать.

6. Доверие и простота: однократная KYC, локальный язык, интерфейс, понятный даже 55-летнему. Побеждает не самый функциональный продукт, а самый простой и понятный.

Итак, замкнутый цикл: внесение → перевод → получение USDC или обмен на местную валюту через локальную платежную сеть → траты через карту или получение дохода.

Это — то, что не могут сделать банки (нет стаблкоин-платежной сети). Традиционные операторы — у них нет кошельков и карт. Чисто криптообменники — не имеют локальных платежных интеграций. А полностью цифровые банки — не обладают трансграничной крипто-ликвидностью.

Компании, готовые воспользоваться этой возможностью, уже идут со всех сторон и собираются в центре. Тот, кто первым соберет полноценную архитектуру, — выиграет в ежедневных балансах.

Доверие — важнее технологий в десять раз

Во-первых, не стоит рассматривать Латинскую Америку как один рынок. Бразилия, Мексика, Аргентина, Колумбия — каждая страна требует своих лицензий, своих платежных сетей, своих стаблкоинов, своих маркетинговых стратегий.

Побеждает тот, кто строит технологию под конкретную страну, а не под регион. Включать “расширение в Латинскую Америку” как единый проект — знак того, что команда еще не подготовилась должным образом.

Во-вторых, распространение стаблкоинов уже произошло. Спор о том, будут ли пользователи держать цифровые доллары, — завершен. Они уже держат их в больших объемах, независимо от вашего продукта.

Осталось понять, где они держат баланс: на биржах, в кошельках, в цифровых банках или на счетах, связанных с картами. Продукт, способный захватить ежедневный баланс — выиграет пользователя. Все остальное — лишь транзакции, которые проходят и исчезают.

Третье — это доверие, а не технологии. Ключ к открытию крипто-платежных сетей в рознице — бренд, которому доверяет даже мама получателя.

Это маркетинговая задача, а не инженерная. Большинство финтехов в регионе — переусердствуют в разработке и недооценивают маркетинг. Местные лица, язык, сообщество — всегда важнее технологий.

На самом деле, Латинская Америка — не “следующий большой тренд”. Это крупнейший в данный момент рынок трансграничных платежей, движимый стаблкоинами. Пока все смотрят на США, он уже развивается два года.

Победителями в следующем десятилетии станут те, кто объединит локальные платежные сети, ликвидность стаблкоинов, доверие и замкнутую экономику (переводы → держание → траты → доход).

Большинство команд, которые я видел, предлагают только один или два элемента. Почти никто — все сразу.

Вот в чем разрыв. И в чем — шанс.