Кто станет «цифровым центральным банком»? Circle подал заявку на Arc

Автор: Дэвид, Deep Tide TechFlow

Перевод: @mangojay09, Yu Jian Web3

12 августа, в тот же день, когда Circle опубликовала свой первый финансовый отчет после выхода на биржу, она бросила мощную бомбу: @arc — блокчейн уровня L1, созданный специально для стабильных монет.

Если смотреть только на заголовки новостей, можно подумать, что это очередная история о обычной публичной блокчейн-сети.

Но если рассматривать её в контексте семилетней траектории Circle, то становится ясно:

Это не просто публичный блокчейн, а декларация о «цифровом центральном банке».

В традиционной концепции у центральных банков три основные функции: выпуск валюты, управление платежными системами и разработка монетарной политики.

Circle шаг за шагом воссоздает эти функции в цифровом формате — сначала захватив «монополию на чеканку» с USDC, затем построив систему расчетов на базе Arc, а в следующем шаге, возможно, займется формированием цифровой денежной политики.

Это касается не только одной компании, а перераспределения денежной власти в эпоху цифровых технологий.

Эволюция центрального банка Circle

В сентябре 2018 года, когда Circle и Coinbase совместно запустили USDC, рынок стабильных монет всё ещё доминировал Tether.

Circle выбрала путь, казавшийся тогда «глупым»: максимальное соблюдение нормативов.

Во-первых, она активно боролась с самыми строгими регуляторными барьерами, став одной из первых компаний, получивших лицензии BitLicense в Нью-Йорке. Эта лицензия, называемая в индустрии «самой сложной в мире», требовала прохождения очень сложной процедуры, отпугнув многие компании.

Во-вторых, она не пошла один на один с регуляторами, а объединилась с Coinbase в Центр — чтобы разделить регуляторные риски и одновременно получить доступ к огромной базе пользователей Coinbase, что позволило USDC сразу же встать на плечи гиганта.

В-третьих, Circle сделала прозрачность резервов своей приоритетной задачей: каждый месяц публиковала аудиторские отчеты, подтверждающие, что резерв полностью обеспечен наличными и краткосрочными американскими облигациями, без использования коммерческих бумаг или высокорискованных активов. Такой «отличник» в ранней стадии казался не очень популярным — в эпоху бурного роста 2018–2020 годов USDC критиковали за «слишком централизованный» характер, и рост был медленным.

Перелом наступил в 2020 году.

Летний бум DeFi вызвал резкий рост спроса на стабильные монеты, а важнее — институциональные игроки: хедж-фонды, маркет-мейкеры, платежные компании начали входить в рынок, и преимущества USDC в соответствии с нормативами стали очевидны.

От 1 миллиарда долларов в обороте до 42 миллиарда, а сейчас — около 65 миллиардов долларов, рост USDC практически вертикальный.

В марте 2023 года, после банкротства Silicon Valley Bank, Circle обнаружила, что у неё есть 3,3 миллиарда долларов резервов в этой банке, и USDC временно «отстегнулся» до 0,87 доллара, вызвав панику.

Результатом этого «стресс-теста» стало то, что правительство США, чтобы предотвратить системный риск, гарантировало полное возмещение вкладов всех клиентов Silicon Valley Bank.

Хотя это и не было специально предназначено для поддержки Circle, событие заставило компанию понять: одних выпусков монет недостаточно, нужно контролировать больше инфраструктуры, чтобы управлять своей судьбой.

И настоящим толчком к этому стала распущенность Центра. Этот шаг обнажил проблему «рабочего класса» Circle.

В августе 2023 года Circle и Coinbase объявили о распуске Центра, и Circle полностью взяла под контроль USDC. На первый взгляд, это — получение независимости; но цена оказалась высокой: Coinbase получила право делить 50% доходов от резервов USDC.

Что это значит? В 2024 году Coinbase заработала 910 миллионов долларов на USDC, что на 33% больше по сравнению с прошлым годом. А Circle в том же году потратила свыше 1 миллиарда долларов на распространение, большая часть которых ушла Coinbase.

Иными словами, Circle, которая усердно создавала USDC, должна делиться половиной прибыли с Coinbase. Это похоже на то, как центральный банк печатает деньги, но половину чеканочного налога отдаёт коммерческому банку.

Кроме того, рост Tron открыл Circle новые возможности для получения прибыли.

В 2024 году Tron обработал транзакций USDT на сумму 5,46 триллионов долларов, ежедневно — более 2 миллионов переводов, и за счет инфраструктурных сборов получил значительный доход — это более стабильная и «верхняя» модель дохода по сравнению с выпуском стабильных монет.

Особенно при ожидании снижения ставок ФРС, когда доходы по стабильным монетам от процентов начнут сокращаться, инфраструктурные сборы смогут оставаться относительно стабильными.

Это послужило сигналом для Circle: кто контролирует инфраструктуру, тот и собирает налоги.

Итак, Circle начал трансформацию в инфраструктурного провайдера, развивая несколько направлений:

• Circle Mint — позволяет корпоративным клиентам напрямую чеканить и выкупать USDC;

• CCTP (протокол межцепочечной передачи) — обеспечивает нативную передачу USDC между разными блокчейнами;

• Circle APIs — предоставляет полный набор решений для интеграции стабильных монет в бизнес-процессы.

К 2024 году доходы Circle достигли 1,68 миллиарда долларов, и структура доходов начала меняться — помимо традиционных процентов по резервам, всё больше поступает с API, межцепочечных сервисов и корпоративных решений.

Эта трансформация подтверждается последним финансовым отчетом Circle:

Данные показывают, что во втором квартале 2024 года доходы от подписок и сервисов составили 24 миллиона долларов, что примерно 3,6% от общего дохода (основная часть — проценты по резервам USDC), но по сравнению с прошлым годом рост составил 252%.

От бизнеса, основанного на получении процентов с чеканки, к более диверсифицированной модели «арендных» доходов — бизнес становится более управляемым.

Появление Arc — яркий пример этой трансформации.

USDC как нативный Gas, не требующий владения ETH или другими волатильными токенами; система запросов котировок уровня институциональных клиентов, поддержка 24/7 on-chain расчетов; подтверждение транзакций менее чем за 1 секунду, возможность выбора баланса и конфиденциальности — всё это отвечает требованиям регуляторов.

Эти функции больше похожи на технологическую декларацию о суверенитете валюты. Arc открыт для всех разработчиков, но правила устанавливает Circle.

На этом этапе, от Центра до Arc, Circle совершила тройной прыжок:

от частного банка, выпускающего банковские билеты, к монополии на выпуск валюты, и далее — к управлению всей финансовой системой — и всё это происходит быстрее.

И эта «мечта о цифровом центральном банке» — не единственная в гонке.

Амбиции, разные пути

К 2025 году в сфере стабильных монет у крупнейших игроков есть одна «мечта о центральном банке», только реализуют её по-разному.

Circle выбрала самый сложный, но, возможно, самый ценный путь: USDC → Arc блокчейн → полноценная финансовая экосистема.

Circle не ограничивается ролью эмитента стабильных монет, а стремится контролировать весь цепной цикл — от выпуска валюты до расчетных систем, от платежных каналов до финансовых приложений.

Дизайн Arc пропитан «центробанковским мышлением»:

во-первых, инструмент монетарной политики: USDC как нативный Gas дает Circle возможность управлять ставками, подобно «базовой ставке»; во-вторых, монополия на расчет: встроенный механизм RFQ для внешней валюты, позволяющий проводить межцепочечные валютные расчеты только через их систему; и, наконец, право на установление правил: Circle сохраняет контроль над обновлениями протокола, решая, какие функции запускать, а какие — запрещать.

Самое сложное — это экологическая миграция: как убедить пользователей и разработчиков перейти с Ethereum?

Ответ Circle — не делать миграцию, а дополнять. Arc не призван заменить USDC на Ethereum, а служит решением для тех сценариев, которые не могут быть реализованы на существующих публичных цепочках. Например, для корпоративных платежей с требованиями к приватности, для мгновенных расчетов по валютным операциям, для предсказуемых затрат на цепочке.

Это — рискованная ставка. Если всё получится, Circle станет «Федеральным резервом» цифровых финансов; если нет — миллиарды инвестиций могут оказаться напрасными.

Тактика PayPal — прагматичная и гибкая.

В 2023 году PYUSD впервые запущен на Ethereum, в 2024 — расширен на Solana, в 2025 — запущен в Stellar, а недавно — на Arbitrum.

PayPal не строит собственную цепочку, а использует возможности существующих — каждый блокчейн становится каналом распространения PYUSD.

На ранних этапах выпуска стабильных монет важнее было распространение, чем инфраструктура. Если есть готовое решение — зачем его создавать заново?

Занять у пользователей доверие и закрепиться в сценариях — и только потом заниматься инфраструктурой, ведь у PayPal есть 20 миллионов торговых точек.

Tether — это, по сути, «теневой центральный банк» в криптомире.

Он почти не вмешивается в использование USDT, выпустил — и пусть циркулирует как наличные, всё остальное — дело рынка. Особенно в регионах с слабым регулированием и сложностями KYC, USDT стал единственным выбором.

Основатель Circle Paolo Ardoino в интервью отметил, что USDT в основном ориентирован на развивающиеся рынки (Латинская Америка, Африка, Юго-Восточная Азия), помогая обходить неэффективную финансовую инфраструктуру и выступая в роли международной стабильной монеты.

Благодаря тому, что на большинстве бирж USDT торгуется в 3–5 раз больше пар, чем USDC, он сформировал мощную сеть ликвидности.

Интересно, что Tether не строит собственные цепочки, а поддерживает сторонние — например, Plasma и Stable. Это своего рода ставка: с минимальными затратами сохранять присутствие в разных экосистемах и смотреть, кто из них выстрелит.

В 2024 году прибыль Tether превысила 10 миллиардов долларов, что больше, чем у многих традиционных банков; при этом Tether не использует эти деньги для создания своих цепочек, а продолжает покупать государственные облигации и биткоин.

Tether делает ставку на то, что при достаточном резерве и отсутствии системных рисков, его доминирование в рынке стабильных монет сохранится за счет инерции.

Эти три модели — разные взгляды на будущее стабильных монет.

PayPal верит в силу пользователей. Имея 20 миллионов торговых точек, важна не технология, а сценарии использования. Это — интернет-мышление.

Tether считает, что важна ликвидность. Пока USDT остается базовой валютой для сделок, всё остальное — не так важно. Это — биржевое мышление.

А Circle верит в инфраструктуру. Контролируя инфраструктурные каналы, можно управлять будущим. Это — центральбанковское мышление.

Выбор, вероятно, обусловлен словами CEO Circle Джереми Аллэйра на слушаниях в Конгрессе: «Доллар находится на распутье, конкуренция за валюту — это сейчас технологическая борьба».

Circle видит не только рынок стабильных монет, но и возможность стать стандартом для цифрового доллара. Если Arc удастся, он может стать «Федеральным резервом» цифровых денег. Этот риск оправдан.

2026 год — ключевое окно возможностей

Время сжимается. Регуляторы движутся вперед, конкуренция усиливается, и когда Circle объявила о запуске Arc в 2026 году, реакция криптосообщества была:

слишком медленно.

В индустрии, где ценится «быстрая итерация», почти год на переход от тестнета к основной сети кажется упущенной возможностью.

Но если понять ситуацию Circle, то этот срок выглядит вполне приемлемым.

17 июня Сенат США принял закон GENIUS. Это первый федеральный регуляторный каркас для стабильных монет в США.

Для Circle это — долгожданное «признание». Как самый соответствующий нормативам эмитент, Circle практически уже соответствует всем требованиям GENIUS.

К 2026 году эти правила должны вступить в силу, и рынок адаптируется к новым условиям. Circle не хочет быть первым, кто «ломает лед», но и не хочет опоздать.

Корпоративные клиенты ценят предсказуемость, а Arc предлагает именно её — ясное регулирование, стабильные технологии, четкую бизнес-модель.

Если Arc успешно запустится и привлечет достаточную ликвидность, Circle закрепит за собой лидерство в инфраструктуре стабильных монет. Это может открыть новую эпоху — когда частные компании начнут управлять «центробанками».

Если же Arc покажет посредственные результаты или его обойдут конкуренты, Circle придется пересмотреть свою стратегию. Возможно, в будущем роль эмитента стабильных монет ограничится только выпуском, а управление инфраструктурой перейдет к другим.

Но независимо от исхода, усилия Circle стимулируют индустрию задуматься о главном вопросе: кому должна принадлежать контроль над деньгами в цифровую эпоху?

Ответ на этот вопрос может стать ясен уже в начале 2026 года.