Кто станет «цифровым центральным банком»? Circle подал заявку на Arc

Автор: Дэвид, Deep潮 TechFlow

Перевод: @mangojay09, Юйjian Web3

12 августа, в тот же день, когда Circle опубликовала первый финансовый отчет после выхода на биржу, она бросила мощную бомбу: @arc — блокчейн уровня L1, созданный специально для стабильных монет.

Если смотреть только на заголовки новостей, можно подумать, что это очередная история о обычной публичной блокчейн-сети.

Но если рассматривать её в контексте семилетней траектории Circle, то становится ясно:

Это не просто публичный блокчейн, а декларация о создании «цифрового центрального банка».

В традиционной концепции у центральных банков три основные функции: выпуск валюты, управление платежными системами и формулирование монетарной политики.

Circle шаг за шагом воссоздает эти функции в цифровом формате — сначала закрепив контроль над «монетным правом» через USDC, затем построив систему расчетов на базе Arc, а в будущем, возможно, — формулирование цифровой валютной политики.

Это касается не только одной компании, а перераспределения денежной власти в эпоху цифровых технологий.

Эволюция центрального банка Circle

В сентябре 2018 года, когда Circle и Coinbase совместно запустили USDC, рынок стабильных монет всё ещё доминировал Tether.

Circle выбрала путь, казавшийся тогда «глупым»: максимальное соблюдение нормативов.

Во-первых, она активно боролась с самыми строгими регуляторными барьерами, став одной из первых компаний, получивших лицензии BitLicense в Нью-Йорке. Эта лицензия, называемая в индустрии «самой сложной в мире», требовала прохождения очень сложной процедуры, отпугнув многие компании.

Во-вторых, она не пошла один на один с регуляторами, а объединилась с Coinbase, создав Центр — альянс, который позволял разделить регуляторные риски и одновременно подключить огромную пользовательскую базу Coinbase, давая USDC старт с опорой на гиганта.

В-третьих, Circle сделала прозрачность резервов своей приоритетной задачей: каждый месяц публиковала аудиторские отчеты, подтверждающие, что резерв полностью обеспечен наличными и краткосрочными американскими государственными облигациями, без использования коммерческих бумаг или высокорискованных активов. Такой «отличник» в ранней стадии был не очень популярен — в эпоху «дикого роста» 2018–2020 годов USDC критиковали за «слишком централизованный» характер, рост был медленным.

Перелом наступил в 2020 году.

Летний бум DeFi вызвал резкий рост спроса на стабильные монеты, а важнее — институциональные игроки: хедж-фонды, маркет-мейкеры, платежные компании начали входить в рынок, и преимущества USDC в соответствии с нормативами стали очевидны.

От 1 миллиарда долларов в обороте до 42 миллиарда, а сейчас — около 65 миллиардов долларов, рост USDC практически вертикальный.

В марте 2023 года, после банкротства Silicon Valley Bank, Circle обнаружила, что у неё есть 3,3 миллиарда долларов резервов в этой банке, и USDC временно «отстегнулся» до 0,87 доллара, вызвав панику.

Результатом этого «стресс-теста» стало то, что правительство США, чтобы предотвратить системный риск, гарантировало полное возмещение вкладов всех клиентов Silicon Valley Bank.

Хотя это и не было специально предназначено для поддержки Circle, событие показало ей, что быть только эмитентом недостаточно — нужно контролировать инфраструктуру, чтобы управлять своей судьбой.

И именно это ощущение контроля усилил распад Центра. Этот шаг обнажил «рабочее положение» Circle.

В августе 2023 года Circle и Coinbase объявили о распуске Центра, и Circle полностью взяла под контроль USDC. На первый взгляд, это — получение независимости; но цена оказалась высокой: Coinbase получила 50% доходов от резервов USDC.

Что это значит? В 2024 году Coinbase заработала 910 миллионов долларов на USDC, что на 33% больше по сравнению с прошлым годом. А Circle в тот же год потратила свыше 1 миллиарда долларов на распространение, большая часть которых ушла на Coinbase.

Иными словами, Circle, которая усердно создавала USDC, должна делиться половиной прибыли с Coinbase. Это похоже на то, как центральный банк печатает деньги, но половину монетного налога отдаёт коммерческому банку.

Кроме того, рост Tron открыл Circle новые возможности для получения прибыли.

В 2024 году Tron обработал транзакций USDT на сумму 5,46 триллионов долларов, ежедневно — более 2 миллионов переводов, и за счет инфраструктурных сборов получил значительный доход. Это более «высокий» и стабильный источник дохода, чем выпуск стабильных монет.

Особенно при ожидании снижения ставок ФРС, когда доходы по стабильным монетам от процентов начнут сокращаться, инфраструктурные сборы смогут оставаться относительно стабильными.

Это послужило сигналом для Circle: кто контролирует инфраструктуру, тот и собирает налоги.

Итак, Circle начал трансформацию в инфраструктурного игрока, развивая несколько направлений:

• Circle Mint — позволяет корпоративным клиентам напрямую создавать и выкупать USDC;

• CCTP (протокол межцепочечной передачи) — обеспечивает нативную передачу USDC между разными блокчейнами;

• Circle APIs — предоставляет полный набор решений для интеграции стабильных монет в бизнес-процессы.

К 2024 году доходы Circle достигли 1,68 миллиарда долларов, и структура доходов начала меняться — помимо традиционных процентов по резервам, всё больше поступает от API, межцепочечных сервисов и корпоративных решений.

Эта трансформация подтверждается последним финансовым отчетом Circle:

Данные показывают, что во втором квартале 2024 года доходы от подписок и сервисов составили 24 миллиона долларов, что примерно 3,6% от общего дохода (основная часть — проценты по резервам USDC), но по сравнению с прошлым годом рост составил 252%.

От бизнеса, основанного на получении процентов с печати денег, к бизнесу, приносящему доходы от аренды инфраструктуры — модель стала более управляемой.

Появление Arc — яркий пример этого перехода.

USDC как нативный Gas не требует владения ETH или другими волатильными токенами; система запросов котировок для институциональных клиентов поддерживает 24/7 on-chain расчет; подтверждение транзакций занимает менее 1 секунды, а также есть опции для балансов и приватности транзакций, что отвечает требованиям регуляторов.

Эти функции — скорее демонстрация технологического суверенитета валюты. Arc открыт для всех разработчиков, но правила устанавливает Circle.

Таким образом, от Центра до Arc Circle совершила тройной прыжок:

от частного банка, выпускающего банковские билеты, к монополии на выпуск валюты, и далее — к управлению всей финансовой системой — и всё это быстрее, чем у конкурентов.

И эта «мечта о цифровом центральном банке» — не единственная.

Амбиции, разные пути

В 2025 году в сфере стабильных монет у крупнейших игроков есть одна общая «мечта о центральном банке», только реализуют её по-разному.

Circle выбрала самый сложный, но и самый перспективный путь: USDC → Arc блокчейн → полноценная финансовая экосистема.

Circle не ограничивается ролью эмитента стабильных монет, а стремится контролировать весь ценностной цикл — от выпуска валюты до расчетных систем, от платежных каналов до финансовых приложений.

Дизайн Arc пропитан «центробанковским мышлением»:

Во-первых, инструмент монетарной политики: USDC как нативный Gas дает Circle возможность управлять ставками, подобно «базовой ставке»; во-вторых, монополия на расчетные операции — встроенный механизм RFQ для внешней валюты, который требует, чтобы все внешние валютные операции проходили через их систему; и, наконец, право на установление правил — Circle сохраняет контроль над обновлениями протокола, решая, какие функции запускать, а какие — запрещать.

Самое сложное — это миграция экосистемы: как убедить пользователей и разработчиков перейти с Ethereum?

Ответ Circle — не миграция, а дополнение. Arc не собирается заменять USDC на Ethereum, а служит решением для тех случаев, где существующие цепочки не справляются. Например, для приватных корпоративных платежей, мгновенных внешнеторговых расчетов, предсказуемых затрат на цепочке.

Это — рискованная ставка. Если всё получится, Circle станет «Федеральным резервом» цифровых финансов; если нет — миллиарды инвестиций могут оказаться напрасными.

PayPal действует прагматично и гибко.

В 2023 году PYUSD впервые запущен на Ethereum, затем расширился на Solana, в 2025 году — на Stellar, а недавно — на Arbitrum.

PayPal не создает собственную цепочку, а использует существующие — PYUSD легко распространяется по нескольким экосистемам, каждая из которых — канал дистрибуции.

На ранних этапах распространение важнее инфраструктуры. Когда есть готовое решение, зачем его создавать заново?

Занять умы и сцены — и в будущем уже думать о инфраструктуре. У PayPal есть 20 миллионов торговых точек, и это — мощный актив.

Tether — это, по сути, «теневой центральный банк» в криптомире.

Он почти не вмешивается в использование USDT, выпустил — и пусть циркулирует как наличные, всё зависит от рынка. Особенно в регионах с слабым регулированием и сложной процедурой KYC, USDT стал единственным выбором.

Основатель Circle Paolo Ardoino в интервью отметил, что USDT в основном ориентирован на развивающиеся рынки (Латинская Америка, Африка, Юго-Восточная Азия), помогая обходить неэффективную финансовую инфраструктуру и выступая в роли международной стабильной монеты.

Благодаря количеству торговых пар, в 3–5 раз превышающему USDC на большинстве бирж, Tether создал мощную сеть ликвидности.

Интересно, что Tether не строит собственные цепочки, а поддерживает сторонние — например, Plasma и Stable. Это своего рода ставка: с минимальными затратами сохранять присутствие в разных экосистемах и смотреть, кто из них выстрелит.

В 2024 году прибыль Tether превысила 10 миллиардов долларов, что больше, чем у многих традиционных банков; при этом Tether не вкладывает эти деньги в собственные цепочки, а продолжает покупать государственные облигации и биткоин.

Tether делает ставку на то, что при достаточных резервных запасах и отсутствии системных рисков USDT сможет сохранять доминирование в рынке стабильных монет.

Эти три модели отражают разные взгляды на будущее стабильных монет.

PayPal верит в силу пользователей. Есть 20 миллионов торговых точек — и технология вторична. Это — интернет-мышление.

Tether считает, что важна ликвидность. Пока USDT — основная валюта для торгов, всё остальное — не так важно. Это — биржевое мышление.

А Circle верит в инфраструктуру. Контролируя инфраструктуру, можно управлять будущим. Это — центральбанковское мышление.

Выбор обусловлен словами CEO Circle Джереми Аллэйра на слушаниях в Конгрессе: «Доллар находится на распутье, конкуренция за валюту — это сейчас технологическая борьба».

Circle видит не только рынок стабильных монет, а возможность установить стандарт для цифрового доллара. Если Arc удастся, он может стать «Федеральным резервом» цифрового доллара. Этот риск оправдан.

2026 год — ключевое окно

Время сжимается. Регуляторы движутся вперед, конкуренция усиливается, и когда Circle объявила о запуске Arc в 2026 году, реакция криптосообщества была:

Слишком медленно.

В индустрии, где ценится «быстрая итерация», почти год на переход от тестовой сети к основной кажется упущенной возможностью.

Но если понять ситуацию Circle, то этот срок выглядит вполне приемлемым.

17 июня Сенат США принял закон GENIUS. Это первый федеральный регуляторный каркас для стабильных монет в США.

Для Circle это — долгожданное «признание». Как самый соответствующий нормативам эмитент, Circle почти полностью соответствует требованиям GENIUS.

К 2026 году эти правила должны вступить в силу, и рынок адаптируется к новым условиям. Circle не хочет быть первым, кто «ломает лед», но и не хочет опоздать.

Корпоративные клиенты ценят предсказуемость, а Arc именно это и предлагает — ясное регулирование, стабильные технические показатели, четкая бизнес-модель.

Если Arc успешно запустится и привлечет достаточную ликвидность, Circle закрепит за собой лидерство в инфраструктуре стабильных монет. Это может открыть новую эпоху — появление «частных центральных банков», управляемых компаниями.

Если же Arc покажет посредственные результаты или его обгонят конкуренты, Circle придется пересмотреть свою стратегию. Возможно, в итоге, роль эмитента стабильных монет ограничится только выпуском, а контроль инфраструктуры перейдет к другим.

Но независимо от исхода, усилия Circle стимулируют индустрию задуматься о главном вопросе: кому должна принадлежать власть над деньгами в цифровую эпоху?

Ответ на этот вопрос может стать ясен уже в начале 2026 года.